А потом вся эта компания поглядела на меня и охнула в унисон. А я… Я глянула на небо и сжала зубы. Из-за всеобщей эльфийской спячки совсем забыла, что на город опускалась ночь, и превращение, которое я пыталась скрыть, перестало быть тайной.

— Что это значит? — Мирана тыкала пальцем на мои увеличившиеся уши.

Великолепный передернул плечами. Мол, эка невидаль.

— Она — полукровка.

— Полукровок не существует, — возразила та и недовольно топнула.

— Значит, тебе мерещится, — бросила я раздраженно.

Мне сейчас только разборок из-за происхождения не хватало.

— Но это плохо! — вскричала Ламия. — Помните предсказание?! Если появится полукровка…

— Весь ваш город кувыркнется, ага, — усмехнулась я.

— А может, он и кувыркнулся? — женушка Корнелия посмотрела негодующе. — Вместе со всеми. И моим мужем!

— Как он мог кувыркнуться? — возразил Великолепный. — Это ж город, а не башмак какой-то иль тарелка.

— Необязательно воспринимать всё буквально! — рассердилась Ламия. — Но всё это, — она провела рукой по воздуху, — из-за твоей жены!

Как же мне хотелось подкинуть нахалку в воздух. Пусть сама кувыркнется. И не раз. А я еще считала её безобидной. Наивная! Но, похоже, она не случайно много лет дружила с Мираной. Одного поля ягодки! В общем, я уже приготовилась щелкнуть пальцами, но вспомнила, что в эльфийском городе моя ведьмовская магия не работает. Оставалось разве что в волосы Ламии вцепиться. Да только ее способности оставались при ней. Ответит, мало не покажется.

— Ну конечно! Вэллари во всем виновата! Вот прямо сто раз! — объявил мой муженек. — Нашли крайнюю. И это ваша благодарность? За то, что через лес провела?

Я аж рот открыла. Великолепный за меня заступается? Ругается с родственницей? Серьезно?

Держите меня семеро!

— Но город же кувыркнулся! — не сдавалась Ламия.

— Откуда ты знаешь, что именно кувыркнулся? И вообще, Вэллари не сегодня родилась! Значит, кувырки… тьфу! Значит, моя жена тут ни при чем! Все проблемы, между прочим, с твоего мужа начались. С его желания нас завоевать. Жили мы себе спокойно, но тут Корнелий объявился и начал претензии на трон предъявлять.

— Но…

— Я сказал: хватит! — отрезал Великолепный. — Еще хоть одно слово, и можете забыть о нашей помощи. Мы с женой найдем способ разбудить город, а дальше всё! Пусть Роэн запирает вместе с Корнелием и тебя. И Мирану заодно! Обратно через лес мы вас не поведем, раз считаете, что имеете право оскорблять нашу семью!

Я продолжала стоять с открытым ртом.

Мы с женой…

Нашу семью…

Так, кажется, кувыркнулся не город. И не Ламия. А кое-кто другой.

А потом я заметила взгляд Бена. Фальшивый муженек взирал на мои изменившиеся уши. С отвращением взирал. Будто я нанесла ему личное оскорбление. И тут я вспомнила, как однажды он дурно отзывался об эльфах. Мол, всяким лесным народцам лучше из этого самого леса не выходить. Не место им в приличном обществе. Я тогда ничего не сказала, не осудила Бена. Потому что сама не питала к эльфам нежных чувств. После памятной выходки Великолепного. С лужей и лягушкой. Но теперь осознала, как глубока ненависть Бена, и как отвратительна ему я.

А ведь сам под действием тумана подбивал клинья к Миране! Ну, лицемер! Значит, эльфийские уши ему не по нраву, но если изрядно принять на грудь, он не прочь провести время с красивой эльфийкой.