— Всё лучше, чем было раньше по ночам, — попыталась успокоить меня Ви.

— Лучше, — проворчала я, разглядывая отражение. — Только как окружающим это объяснить? Иль опять по ночам прятаться? Надоело, если честно.

— Так и объяснить, — бросила Мойра. — Эльф наполовину. Что уж теперь.

Матушка, услышавшая предложение пожилой родственницы, встала на дыбы.

— Нет, нет и нет! — объявила она, упирая руки в бока. — Нельзя такого говорить! Это будет сущий кошмар. Пусть Вэллари после заката дома сидит. А коли срочно понадобится выйти, платок повязывает, чтоб уши скрыть.

— Чего это нельзя-то? — усмехнулась Мойра. — Не хочешь, чтоб о твоих похождениях узнали? О том, что не от мужа дитё рожала?

Матушка скривилась, а Мойра сплюнула и продолжила:

— Ну и пусть все знают. Вэллари не обязана прятаться из-за тебя — блудницы. А боишься, что на тебя все ополчатся во главе с Маленой, уезжай. Никто тебя тут, собственно, и не держит. Гарольд не прочь на тебе жениться. А он, пусть хоть сто раз лысый, зато не бедный. Обеспечит тебе вполне вольготную жизнь. Еще и все пылинки сдувать будет.

— А еще он ревнивый. И навязчивый, — возразила на это матушка, явно не горя желанием связывать свою жизнь с Гарольдом.

— А ты не ищи приключений на стороне, и будет тебе счастье, — рассердилась я. — Мойра права. Хватит с меня пряток. Я разобралась с озером и другими проблемами в эльфийском городе, лишь когда признала свою сущность. Так что буду ведьмой и эльфийкой. Если кому-то не нравится, пусть идет лесом. Благо тумана там больше нет. А теперь отстаньте все от меня. Я устала. Спать хочу.

Однако спала я чертовски плохо. Точнее, почти не спала. Ворочалась с боку на бок и злилась. Прошло много часов с тех пор, как я покинула город. Великолепный давным-давно проснулся и обнаружил, что меня нет. И раз не отправился следом, стало быть, его всё устроило. Это резало ножом. По живому! Нет, я не любила этого эльфа. Ну, кажется, не любила. И всё же на душе было мерзко. От меня отказались. Получили всё, что хотели. Во всех смыслах! И забыли о существовании.

Нет, я не собиралась мстить. И показывать хоть кому-то, что мне больно.

Мы ведьмы — гордые. Да и эльфийская кровь прибавляет самолюбия.

С другой стороны, чего я хотела? Чтобы Айри Великолепный поселился в долине и торговал в лавке? Или чтобы меня приняли в его городе? Даже родной отец не рад моему существованию. Что уж об остальных говорить?

Нужно принять, как данность, что история моего второго замужества подошла к концу. Принять и жить дальше. И все дела…

****

Утром ждал сюрприз.

В долине объявился Корнелий. С Ламией и Мираной.

С этой новостью прискакали соседки. Одна бледная, как смерть, вторая раскрасневшаяся от волнения.

— Вэллари! Там захватчик! Вернулся! Где ваша богиня?!

— Тьфу! — не сдержалась я. Взяла ружье, в котором ведьмы не нуждались, но хранили на всякий случай, и отправилась на разборки.

Что бы ни задумал этот выпущенный из темницы ушастый, следовало ему показать, что мы готовы дать отпор. Снова.

Однако, как быстро выяснилось, Корнелий не испытывал ни малейшего желания с нами воевать. Выглядел он так себе. Как и Ламия, которая висела на нем. Одна Мирана продолжала блистать. При виде меня, поправила белокурую гриву и глянула с превосходством.

— Спокойно, ведьма, — проворчал Корнелий, удивленно поглядев на ружье в моих руках. — Я не воевать пришел. Соберу остатки своих вояк, и мы все уйдем.