— Ну чего застыла? Бери. И сожми крепче. Иль испугалась?

В ухо задышал Великолепный, намеревавшийся предостеречь от импульсивных поступков, но под взглядом бабки Рут не посмел сказать и слова.

— Ты сама попросила помощи, — она весело улыбнулась. — Я не настаиваю.

«В чем подвох?»

Этот вопрос так и вертелся на языке. Но я не задала его вслух. Не решилась.

Протянула руку и сжала треклятую колючку. И чуть не взвыла, ибо шипы мгновенно вонзились глубоко в кожу. На крыльцо упали капли крови, но я не позволила лицу исказиться. Смотрела на старую ведьму с вызовом, ожидая реакции.

Но и она оставалась непробиваемой. Зато произошло кое-что иное.

Я ощутила тепло в ладони. Оно родилось там и прошло по телу. А когда я разжала пальцы, увидела вместо колючки медальон. Довольно простенький: медный кружок без картинки и цепочку.

— Это твоя защита, — объявила бабка Рут. — Пока он на тебе, никакое моё колдовство не страшно. И туман тоже.

— А мне такую штуку можно? — осведомился Великолепный.

Бабка Рут чуть палкой на него не замахнулась, но вовремя вспомнила, что та необходима для других целей. Пошатнулась, схватилась за дверной косяк и пригрозила:

— Будешь открывать рот не по делу, ушастый, волосы никогда не вырастут.

Я хмуро покосилась на муженька, мысленно порадовавшись, что бабка Рут считает меня ведьмой, не подозревая, что по моим венам бежит и эльфийская кровь. Знала бы, палец о палец б не ударила.

— И спросить нельзя, да? — пробурчал муженек. — Нет, так нет. Значит, Вэллари будет нашим проводником. Как-нибудь справимся.

— Справимся, — заверила я и потянула супруга назад — к лавке.

****

Ламия и Мирана ждали нас у крыльца лавки. Супруга Корнелия смиренно, а бывшая возлюбленная Великолепного явно злилась. И как ее — эльфийку! — посмели заставлять торчать возле жилища в долине. Пусть даже и ведьмовского.

— Готовы к выходу? — спросила я с легкой насмешкой. Но глядела только на Мирану, ни на Ламию. К ней у меня претензий пока не имелось.

Ну да, умудрилась выйти замуж за Корнелия. Но я и сама опростоволосилась. Дважды!

— Я готова, — закивала Ламия и вытерла очередную пробежавшую по щеке слезу.

Мирана ничего не сказала. Она меня вообще не желала замечать. Впрочем, и на муженька моего взирать желанием не горела. А он (паразит!) поглядывал-таки украдкой.

Я дала пару распоряжений Мойре и Ви, главным из которых было проследить, чтоб лавка к моему возвращению осталась целой и продолжала приносить доход. Мойре моя затея с походом к эльфам по вкусу не пришлась. Но возражать она не стала. Знала, бесполезно.

…Проблемы начались, едва мы вошли в лес. У меня закружилась голова, и я мысленно пообещала оторвать бабке Рут что-нибудь важное. За вранье. Её медальон даже и не думал меня защищать. Я не видела ничего, кроме тумана, а голоса спутников звучали где-то вдали. В основном голос муженька, который что-то отвечал на вопросы Ламии. Но я не могла разобрать ни вопросов, ни ответов. Просто шла на ватных ногах. Не к лицу ведьме поворачивать назад, коли сама решила отправиться в безумное «путешествие».

Однако минут через пять мне неожиданно полегчало. Я будто пришла в себя после обморока. Или внезапно протрезвела после знатной пирушки. В голове просветлело. Я перестала видеть туман и ощущать его влияние. Передо мной простирался самый обычный лес. Точь-в-точь такой, каким был до очередного «чудачества» бабки Рут: деревья, кусты, тропки с пожелтевшими сосновыми иголками и шишками. А вот спутникам поплохело. У Великолепного начал заплетаться язык, а эльфийки навалились друг на друга, дабы идти было чуточку легче.