– Есть, сэр! – отсалютовала она по-военному и приложила к виску пальцы.

– Кстати сказать, Флоренс, а где вы научились так классно играть в бильярд?

– Еще в школе, – вздохнула она. – Даже чемпионкой была. Раньше я здорово увлекалась спортом и под предлогом подготовки к соревнованиям частенько сачковала занятия, особенно химию… А потом забросила спорт и всерьез занялась рисованием.

– А вы не так просты, как может показаться на первый взгляд, – тихо заметил он.

Флоренс не поняла, хорошо это или плохо. Улыбка потухла, но через миг появилась снова.

– Что будем делать?

Мейсон не сразу ее понял. Она слишком быстро переключала скорости. Ее улыбка полностью обезоружила его, и ему было трудно сохранять спокойствие.

– Не знаю… – пробормотал он, отводя от нее взгляд. – А вы чего хотели бы?

Флоренс скорчила гримаску.

– Я много чего хочу. Забраться на Эверест. Установить мир во всем мире. Или купить новый «ягуар». А вы чего хотите?

– Оберегать вас от беды, – не подумав, ляпнул он.

– Меня? – У Флоренс хватило наглости изобразить крайнее удивление. – А это еще зачем?

Лишние хлопоты! Со мной такого не бывает. Мейсон тяжко вздохнул и прикрыл глаза.

– Похоже, у вас провалы в памяти. Во всяком случае, события последних суток напрочь стерлись из вашего сознания. Или у вас каждый день такой?

– Я же говорю, у вас чудовищные манеры! – Она сделала обиженный вид. – Все время говорите о неприятном. Да, было жутковато… Но я крепкий орешек!

Мейсон открыл глаза и покосился на нее.

– Когда вы планируете вернуться?

– Что? – Она насторожилась. – Куда вернуться?

Он повернулся к ней лицом.

– Сами знаете куда. Флоренс, может, хватит? Вы прекрасно знаете, что рано или поздно верне…

Флоренс зажала уши руками и перебила его на полуслове:

– Неужели вы до сих пор не поняли? К Стэнли я не вернусь. Ни-ког-да.

Он снова отвернулся и еле слышно спросил:

– А ко мне?

– К вам? – Она уставилась на него. – Зачем?

Мейсон заерзал на сиденье.

– Ну, я не имею в виду ничего такого… Просто мне неловко: утром я сгоряча наговорил вам всяких глупостей. Вот я и подумал, почему бы вам не вернуться? – пробормотал он, по-прежнему глядя в сторону. – Может, останетесь у меня? Пока не решите, что делать дальше.

Флоренс долго не отвечала, и ему пришлось повернуться к ней лицом. Оказывается, именно этого она и ждала. Лицо ее было серьезным.

– А зачем мне возвращаться? Теперь у меня есть деньги. И я могу жить, где захочу.

– Вы правы, – пробормотал Мейсон. А что ему оставалось сказать?

– Конечно, права, – с готовностью отозвалась она. Надо было дать ему понять, что она вольный человек.

Мейсон пожал плечами.

– Ну, раз так, идите.

– Куда?

– Вот видите! Вы здесь никого не знаете, – он криво усмехнулся, – кроме меня.

Флоренс перевела дыхание и, заглянув ему в глаза, тихо сказала:

– Я вернусь к вам. Только обещайте, что не станете обращаться со мной, как с бездомной кошкой.

– С бездомной кошкой?! – Мейсон едва не поперхнулся. – А когда это я так с вами обращался?

– Сегодня утром. – Она посмотрела ему прямо в глаза. – И не делайте вид, что забыли.