— Ну-с, чем же живет сегодня наша столица, златоглавый славный Киев? — спросил, прервав молчание, Поликарп Семенович, и это был тот самый вопрос, которого ожидал Филипп Демидович.

— Столица живет напряженной трудовой жизнью, — ответил как можно серьезнее Филипп Демидович, зная, что Поликарп Семенович явился на серьезную беседу.

— Это верно, — согласился Поликарп Семенович. — Готовясь к вам зайти, я составил себе пять вопросиков. — Он выбросил пять пальцев и тут же свел их в кулак. — Вот первый вопросик, — оттянул он мизинец, — в отношении отношений с Китаем. Как вы думаете, война между нами возможна? Хотел бы знать ваше мнение.

Филипп Демидович коротко вздохнул и начал высказывать Поликарпу Семеновичу свои соображения насчет того, почему невозможна война с Китаем. Поликарп Семенович слушал внимательно, иногда кивал головой, и все время держал мизинец оттопыренным, а четыре других пальца — сжатыми.

— Представьте, я того же мнения, — сказал он после того, как Филипп Демидович до конца высказался. — Я со всех сторон анализировал отношения с Китаем и думаю, что с этой стороны опасности нет. Хотя, знаете, все может быть, если смотреть в аспекте новой и старой истории. Да, кстати, вы не знакомы с трагедиями Кристофера Марло? Он писал несколько раньше Уильяма Шекспира. С большой силой изображен поход Тамерлана. Жестокое время убийств и крови. Если расположены, прочтите.

— Марло? — переспросил Филипп Демидович. — Нужно будет поинтересоваться в библиотеке.

— Да нет, пожалуйста, — сказал Поликарп Семенович, расстегивая летний полотняный пиджак и извлекая, к удивлению Филиппа Демидовича, толстую книгу, которую, оказывается, прятал под мышкой. — Только, пожалуйста, аккуратно, — попросил Поликарп Семенович, передавая Филиппу Демидовичу припотевшую книгу. — Она принадлежит жене, и жена дорожит ею. Тем более что книга редкая.

— Не беспокойтесь, я сразу же оберну газетой, — заверил его Филипп Демидович, открывая первую страницу, где старательным каллиграфическим почерком было выведено:

«Дорогой мамочке в день рождения. Со студенческим приветом твой сын Гена. 12 февр. 1959 г.».

— Да, теперь второй вопросик. — Поликарп Семенович разогнул второй палец. — Второй вопрос, второй вопрос… — напряженно вспоминал он. — Первый — Китай, а что же у меня было во втором вопросе? Вот крутится в голове — и никак… Давайте третий, а второй я вспомню. Значит, третий вопрос — о разработках сибирского газа японцами. — Он разогнул средний палец, а безымянный, означавший забытый им второй вопрос, прижал к ладони.

Но тут он снова запутался в своих пальцах и вопросах и стал нервничать.

— Нет, нет, постойте… — Поликарп Семенович пытался навести порядок в вопросах и пальцах. — Сибирский газ — это четвертый вопрос, а пятый… Пятый, по-моему, у меня — опреснение воды…

Поликарп Семенович все больше волновался, даже голова у него стала дергаться. И вдруг сказал:

— В отношении сибирского газа я решительно с вами не согласен! И вы меня ни в чем не убедили.

— Да я вас ни в чем и не убеждал, — удивился Филипп Демидович.

— Нет, вы убеждали! — горячо возразил Поликарп Семенович. — Вы за то, чтоб продавать газ, а я — против. Зачем нам японцы? И зачем нам китайцы и португальцы? Вы прочтите поход Тамерлана, там все сказано!

— Поликарп Семенович, при чем тут поход Тамерлана? — мягко остановил его Филипп Демидович.