Франческа тут же направилась через толпу к креслам, где сидела Мэри, и не заметила любопытного взгляда своего друга.

Не желая, чтобы кто-то понял, что она идет к девушке, Франческа несколько раз останавливалась поздороваться со знакомыми, похвалить чье-то платье или прическу. Подобравшись к Мэри достаточно близко, Франческа повернулась и посмотрела на нее так, словно только что заметила.

— Леди Мэри, — с улыбкой сказала она и подошла к девушке. — Как приятно видеть вас снова.

Девушка подскочила и быстро присела в реверансе:

— Леди Хостон. Здравствуйте. Э-э-э… я тоже рада вас видеть.

Девушка смотрела на свои туфли, ее щеки порозовели.

Франческа притворилась, что не заметила неловкость Мэри. Каким образом этой девушке удавалось так легко беседовать с Рошфором, которого боялись люди намного храбрее ее? Франческа опустилась в кресло радом с леди Мэри. Та выглядела немного напуганной, но снова заняла свое место. Франческа заметила, что она села на самый краешек кресла, словно в любую секунду готова была сорваться с места и убежать.

— Рада, что вы смогли прийти на мой маленький вечер на прошлой неделе, — начала Франческа.

Мэри покраснела еще больше:

— Ох, да. Прошу меня простить… я должна была сказать… Это… я… очень рада, что вы меня пригласили. Вернее, нас.

— Надеюсь, вам понравилось, — продолжала Франческа, не обращая внимания на смущенное бормотание Мэри.

— Да, это был самый красивый прием в моей жизни, — улыбнулась Мэри, но выглядела так, словно воспоминания причинили ей боль, и быстро отвернулась.

— Надеюсь, ваши родители здоровы, — сказала Франческа, продолжив следовать привычной схеме светского разговора.

Мэри же только коротко отвечала и не делала попыток начать собственную тему. Видя, как девушка, смущается, Франческа не стала более мучить ее тонкими манерами и сразу заговорила на главную тему, надеясь, что Мэри не заметит такого резкого перехода.

— Кажется, на моем вечере вам очень понравилось говорить с герцогом Рошфором, — начала она.

Поведение Мэри тут же изменилось. Она подняла голову, ее лицо сияло, словно подсвеченное изнутри. Свет отразился от стекол круглых очков леди Мэри, когда она заговорила:

— Да. Он самый прекрасный человек, не правда ли?

— Герцог восхитителен, — согласилась Франческа, подавив вздох.

Очевидно, леди Мэри сходит по Рошфору с ума. Конечно, в этом нет ничего удивительного. Любая девушка, даже самая застенчивая, чувствовала бы то же самое. Сенклер красив, умен и смел — чего еще может желать женщина?

Мэри охотно кивнула:

— Он так добр. Обычно — как вы наверняка заметили — мне трудно с кем-либо беседовать. Но герцог так мил и внимателен. Поначалу я даже не заметила, что болтаю без умолку.

Франческа согласно кивнула, но не могла не улыбнуться. Интересно, а Каролина Уайат сказала бы, что с Рошфором легко говорить? Однако, подумала Франческа, если леди Мэри вела беседу искусно, то в поведении Рошфора нет ничего удивительного.

— Должно быть, вы считаете меня очень глупой, — улыбнулась леди Мэри. — Вы так давно дружите с герцогом.

— Да, дружу. — Не обращая внимания на неприятное ощущение в груди, Франческа заставила себя улыбнуться. — Рошфор — настоящий джентльмен.

В ответ Мэри просияла:

— Я знаю. Мне очень повезло.

Франческа изо всех сил старалась сохранить на губах улыбку. Леди Мэри уже считает себя счастливицей? Значит, она настолько уверена в себе и в том, что нравится герцогу? Другая женщина могла сказать такое из глупого тщеславия, но леди Мэри тщеславной не была.