|
Скорее в ней чувствовалась уверенность, как будто ей удалось сделать что-то важное. Больше я не говорил с ней об этом. Я знал, что скоро ей придется рассказать о своем положении Шоу. Но это была ее проблема, не моя. А в тот день, когда она пропала, я встретил ее в городе. Просто случайно столкнулись на улице. За неделю до этого она заняла у меня пять фунтов. Она сказала: «Саймон, я отдам тебе пятерку сегодня вечером, на работе!» Мы немного поболтали. Не помню о чем — да ни о чем особенном. Затем стали прощаться. Она сказала: «Увидимся вечером!» — и добавила, что принесет деньги. Но, как я уже говорил, она так и не появилась. Френч грустно покачал головой. — Не могла же она сбежать только для того, чтобы не отдавать мне пять фунтов? Она определенно считала, что увидит меня тем вечером. Она собиралась прийти на работу. И потом, она же была в положении! Я так понимаю, это не самое лучшее состояние для того, чтобы пускаться в бега. Да она и не собиралась! Она абсолютно ни о чем не беспокоилась.
— А она не могла уехать к своему другу, отцу ребенка? — предположил Маркби. Его собеседник неприятно ухмыльнулся: — Могла. Но я в этом сомневаюсь. — Понятно. — Маркби смерил его взглядом. — Очевидно, вам известно еще что-то, о чем вы не рассказали. Френч с доверительным видом подался вперед: — Просто мне понятен характер Кимберли. Я часто разговаривал с ней на работе — как же иначе, мы ведь были в одной команде. Но мы не дружили и в свободное время никогда не встречались. Между нами не было ничего общего. Для нее это была просто работа. Я занимался карьерой. Я не собирался всю жизнь работать в «Патитайм»! Я четко понимал, что я там временно и только ради того, чтобы получить какой-то опыт. Я намеревался, как только представится такая возможность, уехать в Лондон. А она… ну, официанткой она была неплохой. Но у нее не было стиля. Она никогда не стала бы кем-нибудь повыше. У нее напрочь отсутствовало профессиональное честолюбие. Последние слова могли бы прозвучать высокопарно и неестественно, если бы Френч не произнес их с таким благоговением. «Значит, мистер Френч в нежном возрасте девятнадцати лет уже искал свой большой шанс, — подумал Маркби, — и знал, что большой шанс вряд ли светит ему в тихом маленьком городке. Он не собирался связываться с местной девушкой. Его взор был обращен к большому городу. Но с другой стороны, если он все-таки связался с местной девушкой и чувствовал, что она стала ему обузой, неизвестно, на что бы он пошел, чтобы избавиться от нее». — И вы уехали в Лондон? — Да. Я поработал в двух-трех заведениях в Уэст-Энде и потом немного на круизном судне. Старался получить как можно более разнообразный опыт — для резюме. Если хочешь приличную работу, надо доказать, что ты прошел через все, — сказал Френч с гордостью. Выражение самодовольства очень гармонировало с его толстоватым лицом. «Под его чутким руководством „Олд-Коучин-Инн“ наверняка возглавит список лучших ресторанов в графстве», — подумал Маркби. Раньше это был пыльный паб с беспорядочно расставленными столиками, где торговали «завтраками пахаря», высохшими сандвичами и теплым несвежим пивом. Теперь, похоже, все изменилось. Френч не успокоится, пока не добьется для «Олд-Коучин-Инн» хвалебного отзыва на полосе «Еда и вино» в «Санди телеграф». — Что еще вы знаете о ней? — стараясь не давить, спросил Маркби. — Ну, она была миловидной, это да, — как бы нехотя протянул Саймон и насупился: — Соображала она неплохо, но был у нее какой-то вывих в мозгу. На выездах, в микроавтобусе, она все время читала любовные романы. |
