Да, это она! Теперь это точно — ещё не узнав его лица, Наташа узнала его самого! Конечно же, он изменился — даже не только потому что стал выглядеть старше из-за темпорального скачка, ещё и потому, что жизнь в Дивояре наложила на него свой отпечаток — он стал иным.

— Как ты оказалась тут, Наташа? — спросил он, не в состоянии сдерживать нежность в своем голосе, — Разве ты не уехала с родителями в Прагу?

— Пойдём отсюда, — ответила она, обводя взглядом загаженную пещеру. Да, тут воняло, и запах был вполне конкретен.

— Дорогой юноша, — тут же с готовностью подал свою реплику зелёный урод, — я заколдованный принц. Сними с меня чары, чтобы я мог жениться на принцессе! Я дам тебе сундук с золотом!

— Что с этой девушкой? — спросил Лён, понимая, что в этом деле ему придётся обнаружить немало тайн.

— Она дочь короля Бреннара, — ответила Наташа, — Видишь ли, эта дура влюбилась в заколдованного принца, которого злая колдунья обратила в тролля.

— Это и есть тролль, — заметил Лён, бросая взгляд на "принца". Он немало часов провёл в экзопарке монстрозоолога Вэйвэ Валандера и знал наперечёт все виды троллей. Этот был зелёный гриндрил из гор Хаска-Монар, в целом не опасный, одержимый лишь одной навязчивой идеей: жениться на принцессе. Все тролли этого вида болтали об одном: что-де они заколдованные принцы и обещали в случае снятия заклятия непременно вознаградить спасителя сундуком с сокровищами. Этот в точности соответствовал приметам вида.

— Я знаю, — кивнула Наташа, — но она верит. Мы с ней договорились, что я помогу ей бежать со своим принцем, а для этого займу её место во дворце — никто не заметит подмены. Лёгкое наваждение, и даже король ничего не узнает. А там я уеду в Сильвандир — стану королевой.

— А её куда? — кивнул Лён на спящую принцессу.

— Она решила бежать со своим принцем. Не хочет замуж по расчёту, хочет по любви.

— И что с ней дальше будет? — допытывался он, не зная, что и думать: неужели Наташа не понимает этого?

— Будут маленькие зелёные тролльчата, — усмехнулась она, — как-то эти твари размножаются.

Так неприятно кольнула в сердце эта насмешливая небрежность. Да, принцесса Лилиана дура — маг Дишоан был прав — но разве она заслуживала такой жестокости? Мало того, она явно была под чарами — понимает ли это Наташа?

Они вышли на свежий воздух из провонявшей острыми троллячьими испарениями пещеры — в этой вони скрыт важный компонент тролльей магии: она действует на принцесс одуряющее. Чем дольше нюхать гриндрила, тем менее он кажется противным.

— Видишь ли, там, в этих Блошках, в деревне, где мы с тобой провели летний месяц, было кое-что, чего ты и твои дивоярцы не заметили, — сказала ему Наташа.

— Ты почему-то не любишь дивоярцев, — заметил он.

— А есть за что любить? — вскинула она голову. — Они ведь держатся хозяевами на Селембрис! А разве они создали эту страну? Здесь и до них была магическая жизнь. Но нет! Они желают всё устроить только по своему образцу: это можно, это нет! С чего они взяли, что могут приказывать другим магам — не дивоярцам?! Только потому, что однажды нашли заброшенный эльфийский город?

— Как ты очутилась здесь, Наташа? — прервал он её.

— Не зови меня этим именем, — ответила она, — Наташи больше нет. Меня зовут Лилиана, я жена короля Алая Сильванджи. Уже утро близится, пойдём обратно. Сегодня нам двигаться в путь — успеем наговориться.