— Не думайте, а действуйте, — убежденно сказал Брендон.

— Посмотрим, — уклончиво ответила она. — А как насчет музеев?

— На любой вкус, — с готовностью отозвался он. — Но в основном все так или иначе связано с Гражданской войной.

— Каюсь, — Линн рассмеялась. — История не мой конек.

— Ну что ж, — Брендон пожал плечами. — Вам предоставляется отличный шанс стать знатоком если не всей истории США, то, по крайней мере, Гражданской войны. К вашим услугам местное историческое общество, библиотека, Национальный мемориал.

— Что-то мне есть захотелось, — со смехом воскликнула Линн. — Может, продолжим разговор за ужином?

— Не возражаю.

Собаки, до этого момента терпеливо лежавшие у его ног, поднялись и выжидающе уставились на хозяина.

— Ты не возражаешь, если я отпущу Физер? О, простите, — спохватился он. — Я не хотел тыкать.

— Все в порядке, — ободрила его Линн. — Мы уже столько разговариваем, что даже удивительно, как это не перешли на «ты» еще раньше.

— Значит, ты не возражаешь? — уточнил Брендон.

— Абсолютно, — уверенно сказала Линн. — Давай помогу, — она отстегнула поводок и положила его на кресло. — Ну что, вперед?

…Ужин удался на славу. Они сидели больше часа и непринужденно беседовали, словно были уже давно знакомы. Линн старалась избегать вопросов на личные темы, и потому они говорили в основном о событиях в мире, о животных и искусстве.

Она так увлеклась, что вздрогнула, когда их разговор прервал телефонный звонок.

— Прости, — Линн вышла в холл и подошла к телефону. Быстрый взгляд на определитель заставил ее нахмуриться. Она сняла трубку и немного скованно произнесла: — Здравствуй, папа.

Брендон уже хотел подняться и незаметно уйти, но неожиданная сухость в голосе Линн застигла его врасплох. Он остался сидеть на месте. Всего минуту назад в ее интонациях слышалась теплота и говорила она интересно и вдохновенно. Сейчас же ее фразы были отрывисты и лаконичны.

— Да. Я знаю. — Молчание. — Вот как? Понятно. — Снова молчание. — Когда? Нет, извини, в этот день не смогу. Но я тебя поздравляю. Вернее, вас обоих. Нет, не нужно, — с нажимом произнесла она. — Может быть, на Рождество. Но я пока не уверена. Извини, не могу долго разговаривать: у меня гости. Спасибо за звонок. Пока.

До Брендона отчетливо долетел вздох облегчения, словно Линн только что покончила с неприятным, но очень важным делом.

Линн медленно вошла, все еще находясь под впечатлением новости, которую сообщил ей отец.

Чувствуя себя немного неловко, что стал свидетелем ее разговора — пусть даже невольным свидетелем, — и чтобы показать, что его это не касается, Брендон с невозмутимом видом надкусил булочку и запил ее остывшим кофе.

Он слышал, как она отодвигает стул и садится. Между ними повисло молчание.

— Неприятности? — он решился прервать затянувшуюся паузу, впрочем не ожидая, что она ответит.

— Отец, — с тяжелым вздохом отозвалась Линн. — Отец женится.

— Видимо, это не тот случай, когда принято поздравлять, — с величайшей осторожностью заметил Брендон.

— Нет, почему же? — с нервным смешком откликнулась она, понимая, что сосед старается разрядить ситуацию. — Просто… — она вновь замолчала.