— Э'Линн Фрэзир?

— Да.

— Какое твое имя настоящее?

— Линн Дивейн. «Э'Линн» придумала моя мама, считая, что оно как нельзя лучше подходит для супермодели, чем простенькое Линн. Девичья фамилия моей бабушки по отцовской линии — Фрэзир. Вот так я и стала Э'Линн Фрэзир.

— Почему ты от меня это скрыла? Зачем я тебе вообще понадобился? Извини, но забавы для скучающих моделей из меня не получится.

Он не повышал голоса, но Линн испугалась по-настоящему.

— Нет! — с ужасом выкрикнула она, прижимая его руку к сердцу. — Все не так, совсем не так! Я люблю тебя!

— Я бы хотел верить, но как я могу, когда за все время, что мы знакомы, ты не изволила сказать, кто ты есть на самом деле? После того, как я сделал тебе предложение стать моей женой?!

— Кем я была на самом деле, — отчетливо сказала Линн. — Э'Линн Фрэзир больше не существует. Вместо нее Линн Дивейн, женщина, которая любит тебя больше жизни, — с достоинством произнесла она. — А что касается утаенного факта моей биографии… Пожалуйста, я расскажу. Тем более и так хотела рассказать об этом сегодня, но не успела.

Из ее груди вырвался сдавленный смешок, и она ненадолго замолчала, собираясь с силами.

— Что обычные люди знают о жизни, которая для некоторых является пределом мечтаний? Что ты знаешь обо мне? Думаешь, жизнь женщины, чье лицо и тело украшают обложку популярнейшего спортивного издания Америки, сплошное удовольствие? Многомиллионные контракты, поклонники, популярность? Все это так. Но ни один человек, не связанный с этим показным блеском, не знает, что стоит за этим успехом. — В ее словах была горечь. — Я терпела это десять лет и знаю об этом лучше кого бы то ни было. Все эти годы я жила с пустым желудком, хотя могла позволить себе иметь все. Я не жалуюсь, потому что этот путь выбрала я сама, но если бы ты знал, как иногда мучительно, до одури мне хотелось наплевать на контракты и есть все, что я захочу! Как мне хотелось послать куда подальше мужчин, с которыми я была обязана встречаться и с милой улыбкой на лице терпеть их щипки и грязные намеки только потому, что в журнале они видели мое полуголое тело! Я смертельно устала от своей популярности, потому что она отнимала у меня мою личную жизнь, те драгоценные минуты, когда я могла быть сама собой! В конце концов, я ушла. Этот год стал для меня настоящим откровением. Никто не лез мне в душу, и я наконец получила возможность быть только собой. Поэтому я не стремилась расстаться со своей свободой: она далась мне слишком дорогой ценой.

После ее страстного монолога вдруг наступила оглушительная тишина.

— Прости меня. — Брендон вдруг обнял ее и спрятал свое лицо в ее волосах. — Я судил, не зная всего этого. Но ты должна понять и меня. Я вверил тебе не только свое сердце, но и душу, и мне было горько сознавать, что ты только играла со мной.

Вдруг он неожиданно опустился на колени и протянул невесть откуда взявшуюся бархатную коробочку.

— Линн Дивейн, согласна ли ты выйти за меня замуж?

Она взяла коробочку непослушными руками.

— Это мне? — только и сумела вымолвить Линн, когда ее глазам предстало сверкающее чудо ювелирного мастерства.

— Буду считать, что ты сказала «да», — ласково проворчал Брендон, поднимаясь с колен.

— Конечно, «да»! — горячо прошептала Линн и обняла его за шею. — У меня для тебя есть подарок…

— Ты мой подарок, — бормотал Брендон, целуя ее в губы и крепко сжимая в своих объятьях.

— Нет, послушай, — воспротивилась она.