Изменить размер шрифта - +

К некоторому удивлению, Призрак с интересом встретил сибирскую хаски Оливера. Его уши сразу же навострились, и он приветственно тявкнул. Нова, в свою очередь, не стала дожидаться одобрения Оливера, а рысью подбежала к Призраку, виляя хвостом.

Они кружили в центре гостиной, не обращая внимания на то, кого могут сбить своими большими мохнатыми телами, и внимательно обнюхивали друг друга.

– Я бы сказала, что ты вовремя, – тепло заметила Ханна. Она не могла перестать улыбаться. Или плакать. Всякий раз, когда она смотрела на брата, у нее саднило в горле, а зрение затуманивалось. Да и обнимать его она никак не могла перестать.

Он выглядел так же, как их отец.

Пять лет разлуки, но все это время растаяло, словно его и не существовало. Их общие воспоминания связали их навсегда. Они были семьей, и он станет частью Фолл Крика, как стала она.

Квинн посмотрела на часы.

– У меня дежурство у северной баррикады через двадцать минут. Надо бежать.

– Поешь перед тем, как идти, – велела Ханна. – И оденься потеплее. На улице холодно.

Квинн закатила глаза на то, как Ханна опекала ее, но они обе знали, что втайне ей это нравилось.

– С днем рождения! – воскликнула Ханна. – Возьми с собой немного торта.

Поскольку Квинн вызвалась дежурить сегодня, перед ужином они все наслаждались домашним тортом. Его приготовили из яиц, муки, сухофруктов и меда вместо сахарного песка. В наши дни пекарям приходилось проявлять изобретательность.

Рейносо и Бишоп завели очередную песню «С днем рождения», и Квинн густо покраснела. Она погрозила им пальцем, надела куртку и перчатки и побежала в прохладную ночь, забыв о еде и торте.

– Я отнесу ей поесть, – сказал Джонас. – И еще кусочек торта.

Ханна кивнула ему в знак благодарности.

Лиам шел к ним, все еще опираясь на трость, но уже не так сильно, как несколько месяцев назад. Его походка почти пришла в норму.

Несколько месяцев он каждый день по несколько часов занимался своими ногами и спиной. Эвелин помогала ему с упражнениями, которым их научили врачи Лейклендской больницы. Больница приобрела промышленный дизельный генератор и могла обеспечить энергией пару операционных и несколько коек в отделении интенсивной терапии.

Ханна знала, что физиотерапия проходила тяжело и болезненно, но он не сдавался ни на секунду.

Лиам устроился в соседнем кресле. ЭлДжей, игравший с кубиками, увидел своего дядю и, шатаясь, поднялся на ноги и направился к нему. Лиам подхватил его на колени, а ЭлДжей разразился хихиканьем. Шарлотта, чтобы не отстать от друга, ухватилась за штанины Лиама, поднимаясь на ноги.

– Как прошло твое путешествие? – спросил Лиам у Оливера.

Оливер провел рукой по лицу.

– Долго и опасно. – Его глаза смотрели устало. Ханна скучала по озорному блеску в его взгляде и надеялась, что он не погас навсегда. Оливер был веселым, беззаботным человеком, но последний год выбил из него все это. – Я чуть не умер полдюжины раз. Я неделями не ел нормальной еды. А люди...

На его лице появилось угрюмое выражение.

– Многие из них не пережили зиму. Большинство из тех, кто выжил, совсем отчаялись...

На пути от Верхнего полуострова до Юго Западного Мичигана с ним случалось всякое, это ясно. За пределами Юго Западного Мичигана дела шли особенно тяжело.

Чарли Гамильтон и Национальная гвардия проделали отличную работу, изгнав воров и банды налетчиков и сделав шоссе более безопасными.

Шесть месяцев назад Национальная гвардия Мичигана напала на Синдикат, разбила его и вытеснила из Индианы. Только небольшая часть осталась в оплоте в Чикаго.

У Гамильтона не хватало солдат, чтобы защитить даже половину Мичигана. Детройт погружался в хаос, банды все дальше уходили в сельскую местность в поисках припасов для кражи и людей для причинения вреда.

Быстрый переход