— Да это вообще не наш корабль! — воскликнул Юсс.

— А чей же? Синков? — поинтересовался Мосик.

Иббы переглянулись. Они не знали, что и думать. И стали потихоньку впадать в панику. Видение лаборатории Сеяллас и ее клонов выводило их из равновесия.

Иббы прибежали на радостные вопли Мосика. Тот шатался среди экспонатов вивария, помещенных в анабиоз, а может, просто пластифицированных, как образцы. Они располагались в больших и маленьких, прозрачных колоннах и кубах. Помещение было солидным, совсем, как на «Погоне». Но это был не их корабль.

Галлах нажал выступающую из стены пластину. И, против ожидания, открылась большая арка. Они не вошли, но поняли, что это препараторская.

Кое-что на корабле им было хорошо знакомо, но гораздо большее они не поняли. А в некоторые помещения не смогли проникнуть. Все надписи были незнакомыми.

Но помещение с зеленой восьмиконечной звездой на двери их пропустило. Они вошли и сразу поняли, что попали в медотсек.

— Мосик, — загадочно проговорил Галлах, — это не корабль синков!

— Это корабль Барса! — с торжеством закончил Юсс. — Только я все равно не понимаю, почему он пропустил нас.

— Значит, Леа Барри и в самом деле никуда не улетел? — озадаченно промолвил Мосик. — Может, он лежит сейчас в гибернаторе?

Это была в самом деле неплохая мысль. И все трое гостей принялись искать вход в гибернатор в надежде, что система не воспрепятствует им пройти. Они могли бы разобраться в оборудовании и вывести Ярса Стамайера из анабиоза. Тогда многое во всей этой истории, длящейся уже больше полугода, станет яснее. В конце концов, им было страшно интересно самим поговорить с торговцем.

Разобраться в устройстве запора гибернатора было несложно. Они вошли, отыскивая глазами капсулы для сна, или, что там у Барсов для такого дела.

— Это не Ярс. — проговорил Галлах, который никогда не видел Ярса.

Под колпаком капсулы, вытянувшись во всю длину, каменно лежал красный тигр.

Глава 10

— Эрреба. — задумчиво утвердил Мосик. — Значит, легенда не врет. У спутника Леа Барри оказался сломан позвоночник. А в медотсеке «Противоречия» нет средств, чтобы лечить такие повреждения, кроме как для человека. Ярс никуда не улетел. Он умер на Ихоббере. Конец легенде.

Они стояли и смотрели на спящего тигра. Красивый красный зверь. Счастливый Ветер. Ярс Стамайер не мог восстановить повреждённое тело ибба, поскольку на его челноке не было аппаратуры, призванной лечить какие-либо иные организмы, кроме человеческого. А на «Погоне» всё иначе. Экипажи Волков состояли из самых разных рас. Медотсек «Погони» может восстановить любое протеиновое существо. Только где она теперь, «Погоня»!

«Почему мы сюда попали, а не в свой корабль?» — обратился к Галлаху нимра.

«Было нечто странное во время полета. Ты не обратил внимание? Корабль словно на ходу перепрограммировал курс. Был легкий поворот.»

«Был. Помню! Именно поэтому Мосик макнул носом в кофе! Я думал, у него кипяток из ушей пойдет!»

— Давай попробуем воскресить Эрребу. — предложил Вендрикс, любуясь красивым зверем.

Платформа погрузчика не отказалась сотрудничать с гостями, и поэтому тащить в руках тяжелую капсулу не возникло необходимости.

Они с сожалением покидали корабль. Камбуз напоследок угостил Мосика всякими барсячьими деликатесами, которые тот запил десятком кружек розово-коричневой бурды с пышной пеной наверху, впрочем, довольно вкусной.

— О! Гальюнчик! — с удовольствием воскликнул вездесущий Мосик.