Алгария шагнула к двери, но, взявшись за ручку, помедлила. Почувствовав на себе ее взгляд, Катриона обернулась.

— Если ты хоть немного любишь меня, умоляю, не ходи к Ричарду Кинстеру.

— Я должна выполнить волю Госпожи, — твердо ответила Катриона.

Опоить суженого оказалось проще, чем она ожидала. Поздно ночью Катриона беспокойно расхаживала по своей спальне, ожидая, когда она сможет войти в его комнату и выяснить, насколько удался ее замысел.

С ее опытом приготовить смесь было делом несложным. Она несла ответственность за здоровье двух сотен душ, обитавших в долине, и отлично разбиралась в травах. Единственное, что ее, смущало, так это размеры объекта. В конечном итоге она просто увеличила дозу и положилась на Госпожу.

Что касается принятия зелья, то тут проблем не возникло. Катриона помнила отзыв Ричарда о местном виски; оно как нельзя лучше подходило для ее целей. Только знаток мог уловить привкус трав в крепком напитке. Оставалось только разбавить виски с таким расчетом, чтобы хорошая порция содержала достаточно зелья.

Добавить снадобье в графин оказалось проще простого. Катриона всегда опаздывала к обеду, поэтому она просто дождалась своего обычного времени и заскочила по пути в комнату Ричарда. На подходе к цели был, правда, один напряженный момент: из его комнаты вдруг вышел слуга. Катриона застыла как статуя, а затем, едва дыша, прошмыгнула внутрь.

Ричард занимал одну из самых больших спален в доме. На серванте у окна стоял графин. Добавив нужное количество зелья, Катриона заткнула пробку и, выскользнув из комнаты, поспешила вниз.

За обедом она совершенно извелась, не в состоянии подавить беспокойство. Чувствуя на себе взгляд Ричарда, она приняла надменный вид, надеясь, что он отнесет ее нервозность на счет утреннего поцелуя.

Часы на каминной полке пробили полночь.

Катриона резко остановилась и запахнула халат. Под ним была батистовая ночная рубашка. Шелковых, к которым наверняка привык Ричард, в ее гардеробе не значилось. Представив его руки на своем теле, прикрытом лишь тонкой тканью, она задрожала.

Звон часов смолк. Пора.

Судорожно вздохнув, Катриона закрыла глаза, вознесла короткую молитву и решительно направилась к двери.

На свидание, которое назначила сама, с мужчиной, который станет отцом ее ребенка.

Глава 6

Спустя пару минут Катриона стояла перед дверью Ричарда, подавленная важностью момента. Ей предстояло совершить то, что изменит всю ее жизнь. Открыв дверь, она сделает бесповоротный шаг — в будущее, о котором имеет самое смутное представление.

Поежившись, Катриона плотнее запахнула халат, упрекнув себя в нерешительности. Да, жизнь ее изменится. У нее будет ребенок. Вот будущее, которое ждет ее за этой дверью. Так почему же она медлит?

Вконец раздраженная, Катриона взялась за дверную ручку и прислушалась — в последний раз — к тому, что происходило у нее внутри. Она пыталась уловить предупреждение, малейшее предчувствие, что ее решение ошибочно. Но ощутила лишь глубокий покой и безмолвие.

Глубоко вздохнув, она приоткрыла дверь и шагнула в полутемную комнату, освещенную лишь пламенем камина. В глубине, упираясь изголовьем в стену, стояла громадная кровать, сразу приковывавшая взгляд. Притворив дверь, Катриона медленно приблизилась к ней, бесшумно ступая ногами в домашних туфлях.

Она уже была в нескольких шагах от кровати, когда поняла, что постель пуста и даже не разобрана. Беззвучно ахнув, Катриона круто обернулась, лихорадочно оглядывая комнату.

И увидела руку, свисавшую с подлокотника массивного кресла, обращенного к камину. Пламя золотило широкий белый манжет, видневшийся из-под темного рукава. Кончики длинных пальцев касались бокала, стоявшего на натертом полу.

Бокал был пуст.