— Времена меняются, и мы должны приспосабливаться к ним, — сказала Катриона, глядя на Алгарию. — Я достаточно разбираюсь в жизни, чтобы не противиться ее течению и тем могущественным потокам, которые влекут меня к нему. Воля Госпожи и кое-что иное. — Она вздохнула. — Я не стану бороться с судьбой. Госпожа не для этого предназначила меня.

Повернувшись к зеркалу, она взялась за щетку.

— Я согласилась выйти замуж за Ричарда Кинстера в присутствии свидетелей, и мы поженимся как можно скорее. — Она провела щеткой по густым волосам, это успокаивало. — А потом вернемся в долину.

Когда Алгария, поджав губы, удалилась, Катриона забралась в постель, чувствуя себя непривычно усталой. Она отмела мелькнувшую было мысль посетить Ричарда. Скоро она будет принадлежать ему, и он это знает. Одержав победу, он готов был проявить великодушие. За чаепитием в гостиной, глядя на нее поверх чашки, он велел ей отправляться к себе и немного поспать.

Катриона лукаво улыбнулась. К счастью, его никто не слышал. Все семейство пребывало в рассеянном состоянии, осваиваясь со своим новым положением, которое, в сущности, было старым. Пожалуй, пока это единственный плюс в сложившейся ситуации. Получив свое наследство назад, они стали считать его действительно своим.

Можно надеяться, что теперь Мэри отважится заказать новые шторы.

Катриона улыбнулась, погружаясь в сон. Более мирный и безмятежный, чем можно было ожидать.

Все как-нибудь наладится — то ли подумала она, то ли услышала голос Госпожи.

Глава 10

Они поженились по специальной лицензии, выданной епископом Перта. Спустя три дня Катриона стояла в деревенской церкви рядом с Ричардом Кинстером и слушала. Он обещал любить, уважать и лелеять ее. Что ж, если он сдержит свои слова, она может считать себя в безопасности. Катриона искренне произнесла ответные клятвы, обещая любить, уважать и почитать мужа.

И ощутила благословение Госпожи. Солнечные лучи, пробившись сквозь тяжелые облака, устремились в круглое оконце над алтарем и озарили их сиянием.

Ричард заключил Катриону в объятия и поцеловал. И лишь только он поднял голову и повел ее вверх по короткому нефу, солнечные лучи погасли.

К тому времени когда, расписавшись в регистрационной книге, они вышли на небольшое крыльцо, зима вступила в свои права. Небо затянула пелена серых облаков. Земля покрылась снегом, колючий ветер кружил в воздухе снежинки.

Взволнованное семейство Макинери высыпало из церкви вслед за ними. Ввиду недавней кончины Шеймуса все согласились на скромную церемонию в старой церкви, тем более что этого хотели главные действующие лица. Ухудшавшаяся на глазах погода не располагала к дальнейшим празднествам. Снег повалил вовсю, заметая дороги и тропинки. Ричард и Катриона единодушно решили, что следует выехать сразу же после церемонии, чтобы не застрять здесь на долгие недели из-за снежных заносов.

Снаряженные к путешествию кареты ожидали у церковных ворот. Пар от дыхания запряженных в них лошадей клубился в морозном воздухе. Проследив за взглядом Ричарда, обращенным в сторону кладбища, Катриона угадала его мысли.

— Иди! — подтолкнула она его. — Иди и попрощайся, Бог знает, когда ты снова окажешься здесь.

Он помедлил секунду, затем кивнул и, спустившись с крыльца, направился к простому надгробию у стены.

Остановившись у могилы матери, Ричард задумался. Как бы она отнеслась к его женитьбе? Как и Катриона, его мать была родом с предгорья и, возможно, одобрила бы его выбор. Глядя на надгробный камень, он старался запечатлеть его в памяти.