— Круг?

Катриона кивнула и, выскользнув из его рук, схватила лошадь под уздцы.

Проглотив очередное проклятие, Ричард отобрал у нее уздечку и жестом велел идти вперед. Что она и сделала, соблазнительно покачивая бедрами.

Скрипнув зубами, он последовал за женой в теплый полумрак.

— И часто ты молишься? Исчезая чуть свет?

— Не реже раза в неделю. Иногда чаще.

Ричард возблагодарил Господа за его малые милости. Похоже, ее Госпожа имеет некоторое представление о нуждах простых смертных мужского пола.

Поставив лошадь в указанное Катрионой стойло, он повернулся и обнаружил, что она уже ослабила подпругу и потянулась к седлу.

— Позволь мне. — Он снял седло с лошадиной спины и примостил его на перегородку между стойлами.

Катриона тем временем успела вооружиться скребницей. Ричард забрал и ее тоже и принялся чистить кобылу. Под пристальным взглядом зеленых глаз.

— Я в состоянии позаботиться о собственной лошади.

— Не сомневаюсь. Но не думаю, что тебе понравится другой вариант, так что позволь мне разок поухаживать за ней.

В ее взгляде появилась настороженность.

— Какой еще другой вариант?

Ричард не отрывал глаз от лошади.

— Ну, поскольку соломы здесь нет, остается стена. Лучше всего в том углу, возле кормушки, — он не глядя качнул головой, — ты сможешь упереться в нее ногой.

Катриона посмотрела в указанном направлении. Выражение ее лица едва не заставило его отбросить скребницу.

— И потом, — он крепче сжал скребницу, вкладывая избыток энергии в каждый взмах, — эта шелудивая скотина выглядит такой грязной, что просто жуть берет.

Вытянувшись во весь свой небольшой рост, Катриона зашла с другой стороны кобылы и свирепо уставилась на мужа, оставаясь под прикрытием лошади.

— Ну почему ты такой… — она яростно всплеснула руками, — ну, какой есть?

Сжав зубы, Ричард бросил на нее жесткий взгляд, продолжая орудовать скребницей.

Катриона скрестила руки на груди и вздернула подбородок.

— Из-за того, что я ушла, не спросив у тебя разрешения?

Она ждала; постепенно ожесточение, с которым он драил лошадь, улеглось. С каменным выражением лица он посмотрел на нее поверх лошадиной спины.

— Дело не в разрешении. Просто я должен знать, где ты и куда отправилась. Как иначе я смогу защитить тебя?

— Я не нуждаюсь в защите, когда молюсь. Никто в долине не осмелится войти в круг. Это священная земля.

— А посторонние знают об этом?

— Внутри круга я нахожусь в не меньшей безопасности, чем архиепископ в кафедральном соборе.

— Томаса Бекета убили прямо перед алтарем в Кентербери.

Катриона на секунду задумалась, затем пожала плечами и вздернула нос.

— Это совсем другое дело.

Со стоном отчаяния Ричард отбросил скребницу и, обойдя кобылу, прижал Катриону к перегородке стойла. Пригвожденная яростным взглядом синих глаз, она стоически сопротивлялась безумному импульсу взглянуть на лежащую неподалеку охапку сена.

— Впредь сообщай, куда идешь. Не исчезай.

Поджав губы, она не менее свирепо уставилась на него.

— Если бы я разбудила тебя утром, чтобы сообщить, куда иду, я бы туда не попала.

Некоторое время Ричард сверлил ее взглядом, затем коротко кивнул и отстранился.

— Сообщай мне о своих планах накануне.

С этими словами он схватил ее за локоть и не слишком деликатно вывел из стойла. Катриона быстро семенила рядом, пытаясь разглядеть в тусклом свете его лицо.

— Ладно, — согласилась она, когда они добрались до дверей конюшни.