– Значит, – заключил доктор, вздыхая, – ты предлагаешь плыть по ветру? Спок кивнул.

– Я бы назвал это теорией, а не предположением, доктор, но я склонен думать, что ветер поможет нам оказаться поближе к цели.

– Лично я не возражаю, – сказал Кирк, опуская весло во вздымающуюся волну. – Так подставим ветру наши спины!

Спок стал грести веслом, стараясь делать это одновременно с капитаном, Маккой ухватился за румпель, ведя лодку строго по выбранному курсу. Мореплаватели напряглись и медленно поплыли к невидимому берегу.

Скотт прошел на мостик и сел в командирское кресло с таким видом, что даже удивил Ухуру, наблюдавшую за ним из радиорубки. Главный инженер, не отрывая глаз, смотрел на аквамариновую планету, словно что-то задумывал.

– Как идут ремонтно-профилактические работы на "Гезарии"? – спросила Ухура, желая завязать разговор.

Скотт прокашлялся и выпрямил спину.

– Прекрасно, – ответил он. – Хотя мне кажется, капитан "Гезария" не была полностью удовлетворена.

– Удалось связаться с сенитами?

– спросила Ухура.

Скотт расслабился и обвел взглядом напряженные лица Чехова, Зулу и всех собравшихся на мостике.

– Да, с ними я переговорил. – Скотт помрачнел. – Они отказываются изменить своим правилам ради кого бы то ни было. Сениты упрямо твердят, что все, кто прибывает на Санктуарий, делают это по собственной воле, а защиту им обеспечивают тем, что не позволяют покинуть ее. Нанести полномасштабный удар по планете мы не в силах, и в этой ситуации я не знаю, каким образом мы можем повлиять на изменение ими решения.

Замещающий капитана Кирка Скотт вновь посмотрел на планету, плотно стиснув зубы.

– Я пришел к выводу, что Кирк, мистер Спок и Маккой должны полагаться только на свои собственные силы и организовать побег всеми правдами и не правдами. Мы же должны быть готовы прийти им на помощь в любой момент, а это означает, что мы обязаны внимательно слушать эфир, наблюдать, вести радиоперехват и следить за всем, что происходит на планете. Нам известно, что, когда сениты включают отражатели, радиочастоты становятся нестабильными и появляется гамма-излучение. Нам надо следить за малейшими изменениями.

Скотт вздохнул и заключил:

– Если кто-то и сбежит с этой языческой планеты, так это Кирк, Спок и Маккой. Мы будем оставаться здесь столько, сколько нам позволит руководство Звездного флота, и при первой возможности поддержим своих товарищей.

Дождь не прекращался. Капитан Кирк продрог до мозга костей, но надеялся, что каждое движение весла приближало к острову. Спок рядом также упорно греб, а Маккой правил лодкой. Дождь рассеял туман, и Кирк увидел розовую луну, поднимающуюся над горизонтом сзади и отбрасывающую на воду странные оранжево-розовые блики.

Кирк пристально вглядывался в моросящий дождь, ожидая, что Кхиминг выдаст себя огнями. В противном случае, учитывая сгущающуюся темноту, можно было проплыть мимо острова. Восход первой луны, по крайней мере, подтвердил теорию Спока – они шли в южном направлении. Вулканец отчетливо помнил восход розовой луны в первую ночь на Санктуарии.

"Энтерпрайз", челнок, преследование и страшный взрыв звездолета Аук-рекса – казалось, все это случилось вечность назад, в другой жизни. Кирк никогда не признавал себя побежденным, но на этот раз он должен был согласиться, что время работает против них.