– Откуда поступили сведения? – поинтересовался Саймон, садясь за руль своей мощной, сверкающей лаком машины, которая была припаркована неподалеку.

– Из Хорли, – коротко ответил инспектор. – Да вы и сами должны знать.

Святой оставил этот ответ без комментариев, что само по себе уже было необычно. Червь сомнения глубже вгрызся в мозг Тила, но он продолжал меланхолично жевать очередную резинку, пока машина с головокружительной скоростью проносилась по улицам Южного Лондона.

Саймон закурил новую сигарету одной рукой, а другой, лежащей на руле, искусно повернул машину на скорости семьдесят миль в час. Машину он вел автоматически, думая о других вещах. Раньше ему частенько приходило в голову, почему специалисты по алиби из преступного мира до сих пор не воспользовались возможностью свалить какое-нибудь деяние на такого удобного козла отпущения, как он, Саймон Темплер. Единственным объяснением мог быть только страх привлечь к себе его внимание. Человек, который нынешней ночью создал прецедент, был, очевидно, или слишком уверен в себе, или слишком безрассуден, и именно поэтому Саймон жаждал с ним познакомиться. И в глазах Святого появился тот стальной блеск, который свидетельствовал, что при встрече он собирается свести кое-какие счеты с этим неожиданно объявившимся самозванцем... А машина тем временем мчалась по дороге в ослепительном свете фар.

Возможно, потому, что Святой горел нетерпением получить какую-то информацию, которая приблизила бы эту встречу, или потому, что он никогда не чувствовал себя комфортно в едва ползущей машине, но ровно через тридцать пять минут после того, как они вышли из ресторана, Саймон заложил последний вираж на двух колесах и резко затормозил перед входом в полицейский участок Хорли. Последние полчаса старший инспектор Тил даже позабыл жевать резинку и только старался удержать на своей голове котелок. Но после остановки котелок он все-таки отпустил и выбрался из машины довольно спокойно. Вслед за ним Саймон поднялся по ступенькам и услышал, как Тил представился дежурному сержанту.

– Они в кабинете инспектора, сэр, – ответил сержант.

Вслед за Тилом туда вошел и Саймон. В голой безликой комнате сидели три человека и пили кофе. Один из них, судя по комплекции и занимаемому у стола креслу, был инспектором, второй, седоволосый человек в пенсне – полицейским врачом. Третьим был патрульный полицейский мотоциклист в форме.

– Я решил, что мне лучше приехать сразу самому, – лаконично сказал Тил.

Как и все провинциальные инспектора, местный инспектор не любил людей из Скотланд-Ярда, но мирился с ними в силу необходимости. Он тоже коротко кивнул и указал на патрульного полицейского.

– Вот он вам все и расскажет.

– Да тут практически нечего рассказывать, сэр, – ответил патрульный, поставив чашку. – Это произошло примерно в двух милях отсюда, по дороге на Балькомб. Я уже ехал домой, когда заметил стоящую на обочине машину и двух людей, которые, как мне показалось, несли человеческое тело. Так оно и было. Эти люди объяснили, что нашли тело лежащим на дороге и подумали, что кого-то сбила машина. Но когда я осмотрел тело, то обнаружил, что человек был застрелен. Я помог тем людям положить труп в машину и сопровождал их на мотоцикле прямо до полицейского участка.

– В какое время это было? – спросил Тил.

– Когда я там остановился, было около половины одиннадцатого, сэр. А в участок мы приехали ровно без четверти одиннадцать.

– Как был застрелен тот человек?

– Он был убит выстрелом в затылок с близкого расстояния, – на этот раз ответил врач. – Из пистолета или револьвера. Смерть наступила мгновенно.

Тил некоторое время думал, производя с жевательной резинкой во рту разные акробатические упражнения.