В поместье Марч-хаус он уже собрал столько доказательств, что их хватило бы, чтобы перевешать целый полк, но у него все еще не было двух важнейших улик. Одну из них Святой обнаружил очень быстро в куче лежащей на одной из полок корреспонденции: это было письмо, которое само по себе ничего не доказывало, но которое было адресовано сэру Хьюго Ренвею и подписано Мануэлем Энрике. Саймон спрятал это письмо в карман и продолжил поиски. Открыв расписную лаковую шкатулку, он увидел, что она набита банкнотами и облигациями. Они тоже доказательством не являлись, но Саймон Темплер всегда радовался таким находкам. Едва опустошив шкатулку, он услышал, как за его спиной повернулась дверная ручка.

Святой действовал с быстротой кошки, задевшей находящийся под током провод. Одним движением он сунул пачку банкнот и облигаций в карман, поставил на прежнее место шкатулку, прикрыл дверцу сейфа и бесшумно отпрыгнул за ближайшую портьеру. В ту же секунду в комнату вошел Ренвей.

Он прошел прямо к сейфу и вытащил из жилетного кармана ключ, но дверца сейфа открылась, едва он прикоснулся к ручке. Ренвей на мгновение в ужасе застыл на месте, потом упал на колени и выволок из сейфа пустую шкатулку...

Саймон беззвучно выступил из-за портьеры и оказался между Ренвеем и входной дверью.

– Не горюй, дурашка, – сказал он.

Глава 9

Ренвей поднялся на ноги и увидел в руках Святого пистолет. Лицо его стало бледно-зеленым, но тонкие губы были твердо сжаты.

– Ах, это вы, – прошептал он.

– Да, это я, – подтвердил Святой. – Идите-ка сюда, Хьюго, и посмотрим, что у вас имеется в карманах.

Левой рукой Саймон быстро и умело обшарил карманы Ренвея и нашел вторую вещь, которую искал. Это была дешевая записная книжка, и, даже не просматривая ее, Саймон понял, что именно на вырванных из нее страничках и были нарисованы его поддельные метки. Должно быть, Ренвей был здорово уверен в своей безнаказанности, если осмеливался носить книжку с собой.

– Ну и ну! – довольно протянул Саймон. – Отойдите-ка назад, Хьюго, а я погляжу, уж не скомпрометировали ли вы себя.

Он сам сделал шаг назад, но тут кто-то подставил ему ногу и чья-то крепкая загорелая рука метнулась через плечо и железной хваткой сжала кисть с пистолетом. Саймон попытался повернуться, но в следующую секунду другая рука обхватила его за шею, не давая двигаться.

Саймон был вынужден выпустить пистолет, поскольку кисть ему начали выворачивать еще до того, как он стал сопротивляться. Он полностью расслабился и повис на своем противнике, стараясь левой рукой захватить его колени. Когда ему это удалось, он внезапно выпрямил ноги и вместе с нападавшим грохнулся назад, освободив от захватов руку и тело. Саймон ловко перевернулся, уперся коленом в живот нападавшего, вскочил и отпрыгнул в сторону. Но Ренвей уже успел подобрать пистолет и прицелиться в Саймона. Тот сразу понял, что в такой ситуации сопротивляться бесполезно, и поднял вверх руки.

– Ладно, ребята, – сказал он, – ваша взяла.

– Вы дурак! – почти с сожалением произнес Ренвей, и его палец на спусковом крючке напрягся.

– Это точно, – признал Святой. – Нельзя ведь ходить спиной вперед, не имея глаз на затылке.

Ренвей поднял оброненную Саймоном в схватке записную книжку и положил ее в карман.