Герлуин закрыл ларец на ключ и поставил его на алтарь пресвятой девы Марии до той поры, когда придет время его доверенному слуге Николу отправиться домой, в Рамсейскую обитель. Еще несколько дней, и они уедут. Шрусберийское аббатство выделило им большую повозку, а город — тягловых лошадей. Сами же Герлуин и Тутило собирались продолжить свой путь на лошадях, взятых из монастырской конюшни. Таким образом, шрусберийские монахи сделали для своих братьев из Рамсея все возможное, а золото леди Донаты увенчало общие усилия. Не одна пара глаз следила за процедурой запирания ларца с дарами и за его установкой на алтаре, где страх небесный должен был охранять ларец от чьих-либо греховных посягательств. Выйдя из церкви, Кадфаэль остановился во дворе, дабы понюхать ветер и взглянуть на небо, набрякшее в этот час тяжелыми тучами, сквозь которые изредка проблескивала луна, и затем вновь наступала темнота. Идя в свой сарайчик, чтобы запереть на ночь дверь, Кадфаэль обратил внимание на то, что поднявшаяся в речке вода находилась уже всего в нескольких ярдах от края его горохового поля.

Наутро, ближе к заутрене, из города в аббатство приехал Хью Берингар, королевский шериф графства Шропшир, — он торопился предупредить монахов и окрестных жителей о грозящей им опасности. Своих людей он послал оповестить обитателей Форгейта, а в монастырь, к аббату Радульфусу, явился собственной персоной.

— Вечером из Пула сообщили, что Северн подступил к самому городу, а в Уэльсе все льет и льет. Выше по течению, за Монтфордом, луга уже все под водой, а кроме того, плотину вот-вот размоет. Советую вам все ценное перенести куда-нибудь повыше. Ваши амбары в опасности, дороги стали непроезжими.

Во время наводнений сам город Шрусбери, не считая кое-каких рыбацких хижин и домиков ремесленников, расположенных у самой реки, был вне опасности, но вот Форгейт вполне мог оказаться под водой, равно как и наиболее низкие участки аббатства, которым помимо разлившегося Северна угрожали воды обратившегося вспять Меола и вышедшего из берегов мельничного пруда.

— Я выделю вам кое-кого из своих людей, — продолжал шериф. — Но нужно еще перевозить в город тех, кто живет у самой реки.

— Людей у нас достаточно, — поблагодарил аббат. — Мы и сами справимся. Спасибо за предупреждение. Вы полагаете, наводнение будет сильным?

— Кто знает, во всяком случае, у вас есть время подготовиться. Если нынче вечером вы намерены грузить лес из Лонгнера, то лучше бы делать это на ярмарочной площади. Место там повыше и туда всегда есть подход через вашу конюшню и кладбище.

— Хорошо, если б люди Герлуина увезли свой лес завтра.

Аббат встал и направился к братьям, дабы послать их на необходимые работы, а Хью пошел к воротам, не ожидая встретить на своем пути брата Кадфаэля. Однако вышло так, что как раз в это время Кадфаэль с озабоченным видом спешил вдоль изгороди сада и, свернув за угол, натолкнулся на своего друга. Воды Меола вздулись и обратились вспять, мельничный пруд вот-вот грозил выйти из берегов.

— Вот тебе на! — воскликнул Кадфаэль. — Похоже, ты опередил меня. Аббат уже предупрежден?

— Предупрежден. Так что ты вполне можешь остановиться и перевести дух, — сказал Хью, тронув Кадфаэля за плечо. — Никто не знает, чем это кончится. Может, все и обойдется, но лучше быть готовым к худшему. Нижние предместья уже подтопило. Проводи меня до ворот, а то после рождества мы, кажется, и не виделись.

— Эта беда не надолго, — заметил Кадфаэль. — Вода поднимется и спадет. Ну постоит денька два-три, куда дольше потом вычищать все. Такое уже бывало, и мы худо-бедно справлялись.

— Надо бы тебе подготовить лекарства и перенести их в лазарет. Если вода сильно поднимется, тебя самого тут затопит.