— Спущусь мимо колодца и пройду через ворота Сент-Оноре, — решил он. — Если, конечно, дорога свободна.

С этими мыслями он бросил взгляд вниз, к Монсо. Оттуда тоже стремглав скакали всадники.

— Я окружен! — понял Жеан.

Но он нисколько не растерялся. На площади стояло несколько лачужек (в частности, птичий двор). Рядом — заброшенные мастерские. Провались он к дьяволу, если не укроется в них! Перелезть бы только через забор — а там уж найдется, где пересидеть до ночи.

Но прежде нужно было добраться до площади и перебежать ее, покуда не поздно. Эскадрон не беспокоил Жеана — у него перед ними было достаточно форы. Опасны были караульные у ворот. Если они еще там стоят — все в порядке, но вдруг им пришло в голову подняться на площадь?

Жеан не бежал, но шел скорым, твердым, упругим шагом, чутко прислушиваясь и зорко оглядываясь кругом. Руку он держал на эфесе, чтобы в любой момент сразу выхватить шпагу. Он был подобен африканскому льву, уходящему от погони…

Жеан вышел на площадь и еле сдержал радостный вопль — пусто! Оставив хибарки справа, он направился прямо к разрушенному эшафоту, усмехаясь и приговаривая:

— Нет, Кончини, мы еще поспорим! Не на дурака напал!

Он подошел к эшафоту; только обогнуть его — а там уже и дорога. Вдоль дороги — забор. Сейчас он отыщет в нем дыру — на это уйдет минута-другая, не больше. И каким бы галопом всадники ни скакали, они его уже не догонят.

Но пока Жеан приглядывался к забору, отряд, повстречавшийся Пардальяну, Бертиль и Перетте, появился на площади. Это были двадцать наемных бретеров с Роктаем во главе. Они сразу увидели того, кого искали, — и с дикими воплями бросились ему наперерез.

Справа от Жеана землю сотрясал громовый грохот — это мчались два эскадрона. Вот они уже на площади! Слева отважный юноша слышал топот солдат, бежавших вверх от ворот. Перед ним были люди Роктая… И со всех сторон — справа, слева, спереди, сзади — свист, крики:

— Ату его, ату! Держи!

Грубые шутки, оглушительный гогот… Делу скоро конец -вон их тут сколько!

Жеан выхватил шпагу и бросил кругом отчаянный взгляд. Ничего — ни укрытия, ни лазейки! Успей он сделать еще хоть пару шагов, он был бы спасен, теперь же все кончено… Жеан побледнел; ярость душила его.

— Как! — кипел он. — Я здесь погибну, а она меня ждет! Ведь только что передо мной открылся путь к блаженству! Да не может такого быть!

При этом он ни на секунду не замедлил шага. Вот и эшафот. Прислониться к его обшивке — сзади, по крайней мере, уже не ударят. В два прыжка Жеан оказался у двери, бешено заколотил в нее…

— Заперта! Проклятье!

Ведь можно было бы забраться внутрь и постараться продержаться как можно дольше… В таком положении выиграть время — значит, быть может, спастись! Он обернулся, весь подобрался, изготовился к схватке… Он был ужасен.

Против него было двадцать человек, однако же никто из них не тронулся с места. Нет сомнений — у Роктая на этот счет строгий приказ, и он точно его исполняет. Он только отрезал Жеану дорогу. Но телохранитель Кончини был совершенно уверен, что противник уже в его руках. Он вышел вперед и насмешливо крикнул:

— Попался, так сдавайся!

— В тот раз, — грозно ответил Жеан, — ты был простой убийца — и то много чести! А теперь ты палач и полицейская ищейка, и это как раз по тебе!

— Ах ты, бандит! — завопил Роктай.