Следующее утро принесло тяжелое похмелье и сильную головную боль от дыма костров. Осаждающих было так много и они ютились в такой тесноте, что Акхан диву давался, как это солдаты еще не подожгли весь лагерь. Сунув голову в тазик для умывания, принц продержал ее несколько мгновений в холодной воде. Ощущение было не из приятных. Зато мысли сразу прояснились.

— Что слышно? — спросил акалель, выныривая и мотая волосами во все стороны.

— Принц Корхану отбывает сегодня в обратный путь. — Вард протянул хозяину полотенце. — А с ним четыре корабля, груженных трофеями.

— А раненых он взять не хочет? — Принц Победитель поднял бровь. — Как видишь, и из проигранных кампаний можно извлечь немалую выгоду. Если ты, конечно, акалель, а не простой латник.

— Раненые и больные — теперь ваша забота, господин, — развел руками раб. — А Корхану будет чем задобрить Лунный Круг: золота на кораблях много…

— На кораблях? Не дам ни одной галеры! — орал Акхан на военном совете.

Он сразу взял быка за рога. Всем, не понявшим еще, кто здесь командует, акалель криком вколотил обратно в глотку вопросы и недовольства. Даже заносчивый Корхану не смел поднять глаз. Правду говорили, что с Сыном Солнца лучше не связываться. В гневе он страшен. А в последнее время у принца не было ни малейшей причины сдерживаться.

— Дармоеды! Трусы! Недоноски! Да мои каторжники в Ар Мор воевали лучше! — разорялся он. — Не получите ни атля из общей добычи! Мои войска берут по шлему золота на брата за неделю осады. Вам не дам ничего! Беременные бабы дерутся с большим азартом!

Принц Победитель нагнал такого страху, что никто из калелей не решался и рта раскрыть. Корхану поначалу пытался держаться с ним на равных, но Сын Солнца гаркнул:

— Твои полномочия окончены! — и бедняга аж присел на месте.

— Все золото оставишь здесь, — бросил ему акалель, когда накричался и устал вращать глазами. — Четыре корабля я тебе не дам. Возьмешь два с ранеными и больными.

— Но Мин-Эвра четко приказала мне… — от жадности у Корхану прорезался характер, — доставить трофеи в Дагонис любой ценой.

— Даже ценой жизни своих солдат? — В спокойном голосе Принца Победителя было еще больше угрозы, чем в крике. — Не позорь верховную жрицу, Корхану, своими неуместными откровениями.

Сидевшие в шатре офицеры переглянулись. Минуту назад им очень не понравился новый командующий. Корхану — пустое место. Самовлюбленный болван. Слишком атлан, чтоб быть хорошим воином. И слишком красавец, чтоб вообще считаться мужчиной. Но этот новый — бешеный пес без ошейника. Ничего, кроме кровавой бани, от него и ожидать не следует.

Однако выходило по-другому. Сын Солнца приструнил мародерствующего любовника верховной жрицы и позаботился о больных, которых в лагере уже стало больше, чем здоровых.

— Теперь я прошу вас, принц, покинуть совет. — Акалель как ни в чем не бывало поклонился прежнему командующему.

Корхану побелел от гнева. Ему указывали на дверь! Не желали в его присутствии обсуждать дальнейший план военных действий. Формально он не имел права ни к чему придраться. Срок его полномочий истек, и новый акалель вовсе не обязан… Но ведь мог бы хоть из вежливости! Однако боги явно обделили Акхана вежливостью. Он не хотел говорить о своих намерениях в обществе Корхану, чтобы через неделю его приказы не перетолковывались в Дагонисе.

— Желаю вам победы и всяческих успехов, Мин-Акхан. — Бывший командующий тоже поклонился и, не сдержав обиды, бросил уже в дверях: — Надеюсь, вы сумеете не положить здесь всю оставшуюся армию.