Теперь боги звали атлан, и Ульпак сам готов был раствориться в бессмысленной толпе. Вибрирующий воздух давил на барабанные перепонки, дергал за нервы, мутил сознание. Главное — упасть. Эту мысль царь ягуаров насильно удерживал у себя в голове, уже вступив на лестницу Лунной пирамиды. Шаг за шагом тольтек продвигался к вершине. Его задачей было переместиться к краю ступеней, оттуда ничего не стоило сорваться вниз. Споткнись он в центре лестницы, и его бы затоптали.

Старания Ульпака увенчались успехом далеко не сразу. Он глянул на землю через край каменной окантовки, и голова у него закружилась. «Кошки не разбиваются», — подбодрил себя ягуар. В этот момент он почувствовал толчок в спину. Сзади кто-то наступил ему на пятку, стукнул между лопаток, толпа наперла, и ягуар не удержался на ногах.

Падение было болезненным, но Ульпаку повезло: он приземлился на тела двух ранее сорвавшихся бедолаг. У одного была свернута шея, другой, судя по мокрой, вонючей одежде, сломал позвоночник. Валяться в чужих нечистотах ягуару не хотелось, но он предпочел какое-то время не двигаться и посмотреть, что будет дальше. Его все еще тянуло наверх, царь готов был плакать от досады, что не вступил в темное лоно диска, поглощавшее все новых и новых счастливцев.

Часа через четыре человеческий поток иссяк. Все, кто смог подняться, включая стариков и детей, прошли, прошагали, протащились, проползли в распахнутые люки кораблей. Диски еще некоторое время заставляли воздух вибрировать, вызывая у оставшихся на земле сдавленные стоны. Потом, поняв, что ждать больше некого, серебряные блюдца медленно отделились от вершин пирамид. Они вертикально поднялись в небо, на мгновение застыли над Шибальбой и с невероятной скоростью исчезли по косой дугообразной линии на запад. Быстрота их движения была невыносимой для человеческого глаза, и Ульпак на секунду потерял сознание, словно ему по зрачкам полоснули бритвой.

Когда ягуар пришел в себя, несчастные, кому повезло не взобраться на пирамиду, потерянно бродили по опустевшей площади. У одних была сломана рука или нога, другие потирали ребра. Иные не двигались — падение оказалось для них смертельным. Ульпак с усилием поднялся и, прихрамывая, побрел прочь. Тот, с перебитым позвоночником, был еще жив и посылал в спину ягуару невнятные проклятия. Тольтек обратился к духу-Ягуару, прося, чтобы страдания бедняги поскорее окончились. Впрочем, как и остальных… Атлан, как брошенные дети, не знали — куда им ткнуться, чего ждать?

Царь брел по священной дороге, а звук его одиноких шагов ловили и усиливали глиняные трубы под мостовой, так что казалось, по улице марширует целый отряд. Хитрые изобретения хитрых атлан! Как же умны и охочи до бесполезных игрушек были хозяева великого города, пока в один прекрасный день боги не лишили их разума!

2

Почувствовав приближение бессмертных, Шкик приняла свои меры. Она велела женам Ульпака ударами медного гонга собрать народ перед царским домом. Вышла на каменное крыльцо и объявила, что дальнейшее пребывание в Тулуме небезопасно. Главной жрице поверили — разве был случай, когда она обманулась?

Одни предлагали идти к сеноту Наитеукан и укрыться в пещерах, имевшихся в стенах каменного колодца. Но Шкик отвергла эту идею: Большая Дыра как раз то место, где нижний мир духов связывается со средним — людей. Там боги найдут детей Ягуара быстрее всего.

Другие советовали спуститься с горы и спрятаться в непролазных джунглях.