— Я не сказала ему, — ответила я, от всей души желая, чтобы его осуждение не имело надо мной такой власти. — Но он знает. Он… он намекал на шпионов, на тайные сведения…

— Он очень странно вел себя в последнее время, — произнес Шон после некоторого колебания, проверив, хорошо ли заперта дверь. — Он не приезжал на встречи, на которых обязан был появиться. Я посылал ему сообщения и не получал ответа. Меня это беспокоит. Даже Шеймусу с трудом удается достучаться до собственного внука.

— Ты, когда отправлял Крашеного на задание, действовал с согласия союзников? — Джонни снова заснул, держать его было тяжело, но мне не хотелось расставаться с его теплом.

— А ты как думаешь?

— Я подозреваю, что речь идет о личном тайном соглашении между вами двумя?

— Ты верно подозреваешь. Для него это шанс проявить себя. А для меня очень выгодное предприятие, где я ничего не теряю.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, неожиданно чувствуя холод в сердце.

— Мы договорились, что если его поймают, я ни за что не отвечаю. Рискует только он. Этот парень либо совершенно не беспокоится о своей жизни, либо чрезмерно уверен в себе. А возможно, и то и другое.

— Он лучший в своем деле. Но ты прав. У него не слишком развито чувство самосохранения. Это превращает его в удобный инструмент в твоих руках, так мне кажется.

— Звучит как-то неодобрительно, Лиадан. Не забывай, что мы мужчины, идет война, и подобные сделки заключаются каждый день. Я был бы идиотом, не ухватись за такую возможность. Если он успешно выполнит задание, я щедро заплачу ему и дам новое поручение.

— А если он умрет, как ты будешь смотреть в глаза мне и моему сыну? — дрожащим голосом спросила я.

— Если он умрет, то только потому, что верил в собственное всемогущество, — спокойно ответил брат. — Он принял мое предложение по собственной воле и на собственных условиях.

— Шон, пожалуйста! Пожалуйста, скажи, что это за задание. Расскажи мне, что вы с Лайамом и Шеймусом собираетесь делать. С меня довольно секретов, мне необходимо все знать.

Думаю, ему наконец стало понятно, в каком я отчаянии. В глазах у меня, без сомнения, еще стояли тени моих жутких видений.

— Ну ладно. Его задание состоит из двух частей, обе они служат целям союза. Год назад наша позиция была очень сильна, мы наконец снова могли планировать атаку с моря, чтобы выбить Нортвуда с Островов. Это стало возможным, благодаря силам Фионна. Но Фионн умер.

— Знаю.

— Знаешь? Откуда?

— Бран… Крашеный рассказал. Я уже давно это знаю, просто думала, что лучше ничего не говорить, пока новость не достигнет Лайама и не станет общеизвестной.

— Почему он рассказал тебе?

— У нас с ним нет секретов, Шон.

Брат молча уставился на меня.

— Этот человек как-то раз мне очень помог. Мы не просто случайно переспали. Его будущее тесно связано с моим, а, значит, и с твоим. Возможно, ты не понял этого, договариваясь с ним о задании, которое никто больше не готов выполнять. Что ты обещал ему в оплату?

— Так мне продолжать? Фионн умер. Чем меньше об этом говорить, тем лучше. Убийство приписали твоему другу, и никто не собирается обвинять кого-то другого. Но у нас тут же возникла проблема. Поддержка Фионна была нам совершенно необходима для успеха на поле битвы. Кроме того, Уи-Нейлл из Тирконелла продолжает распри с южными родичами. Отец Фионна и король ненавидят друг друга. А Семиводье и земли союзников как раз расположены между их владениями. Люди Фионна долго скрывали смерть своего вождя. Его убили еще до середины лета, меньше, чем через месяц после внезапного отъезда отца.