— А чего же тогда к казацким шашкам придираться начал? — посчитал необходимым подать и свой возмущённый голос пышнотелый сосед Врангеля.

— Да вы все, как оружие старой империи: и бросить жалко, и в бою эффективно применить нельзя, — тяжело вздохнув, махнул ладонью атаман. — Война нынче другая пошла, дальнобойная и скоростная, тут саблей до врага дотянуться не успеешь, как из самого пулями дуршлаг сделают. Великая война показала пулемётами и окопами, что коннице на линии фронта не выжить, а значит и шашками казакам больше на скаку не размахивать. Коли по сердцу вам в бою холодное оружие и навыки с ним уж наработаны, то укоротите шашку вдвое да клинок переточите. Тогда и в стремительной атаке не помешает, и в тесной рукопашной схватке подсобит.

— И казачьей казне перевооружение не в убыток станет, — язвительно заметил тот же недовольный толстячок и продолжил гундеть: — А форма золотопогонная, чего тебе, товарищ атаман, глаз колет?

— Уж больно яркая мишень в современной войне, — усмехнулся Алексей и, вытащив белую тарелочку из–под стакана, высоко поднял над головой.

Через секунду керамическая тарелка разлетелась на осколки.

Из глубины поля, справа от трибуны, докатился звук винтовочного выстрела.

Зрители в бинокли обшарили близлежащее пространство, но лёжку стрелка не обнаружили.

— Заранее подстроенный фокус, — презрительно фыркнул генерал–критик.

— Да, на Дальнем Востоке мне довелось и факиром поработать, — кивнул Ронин. — Но сегодня у меня светопреставление помасштабнее намечено. Хотя и мелкими фокусами пренебрегать не буду. Господин генерал, гляжу, вы на первом ряду примостились, не отважитесь ли снять фуражку и вытянуть с ней руку вперёд.

В напряжённой тишине трибун, генерал встал, недовольно пыхтя, медленно снял фуражку и, держа за край козырька, осторожно протянул вперёд.

За время неспешных движений невольного ассистента, резвый факир успел достать из кабины рядом стоящего автожира телефонный аппарат. С виду даже очень обычный телефон, с трубкой и длинным, соединяющим с кабиной, проводом.

— «Облако», вызывает «Ягуар» — дай связь с «Оленем», — щёлкнув тумблером на корпусе телефона, воззвал к неведомой силе парагвайский шаман.

После нескольких секунд ожидания, Ронин, кивнул невидимому собеседнику и дал громкую команду:

— Моки, прострели вытянутую фуражку!

Ещё через пару секунд фуражка дёрнулась в судорожно сжатом кулаке мятежного генерала.

Из открытого поля долетел звук выстрела.

Толпа офицеров и атаманов, приложив окуляры биноклей к глазам, напряжённо всматривалась вдаль, прочёсывая взором сектор стрельбы, но все изначально допустили ошибку в ожидаемой дистанции стрельбы — снайпер остался незамеченным

— Господин генерал, не убирайте мишеньку, — остановил движение дрожащей руки ассистента факир. — На голову надевать дырявую кепи, всё равно, уже не станете.