— Ну, раз ты считаешь себя взрослым, то и спрос будет, как с взрослого казака, — отодвинул в сторону папку с доносами владыка Парагвая. — Поступаешь с этого дня в адъютанты войскового атамана. Учиться будешь заочно, в перерывах между служебными заданиями.

— Учиться боевому колдовству? — подавшись вперёд, озарился счастливой улыбкой Матвей.

— И колдовству тоже, — усмехнувшись, кивнул мастер. — Но главной задачей на ближайшие пять лет станет изучение технических наук в объёме школьного курса и военных знаний в объёме общевойскового офицерского училища. Гуманитарные науки пойдут в урезанном виде, за исключением иностранных языков. Ты какие языки изучал?

— Государственные: русский и испанский, а из иностранных: английский по учебной программе кадетского училища и китайский разговорный, в стиле портовых грузчиков, — скаля зубы, доложил ученик.

— К ним добавим ещё немецкий язык, — решил загрузить Матвея по полной программе заботливый папаша и объяснил: — Его я буду изучать вместе с тобой, ибо в будущей войне очень может нам пригодиться. Да и во многих технических науках мне тоже надо хорошо поднатореть, а то наметился затык в прогрессе. Начну своего адъютанта таскать за собой по всем конструкторским бюро и научным лабораториям, авось и ты чем поможешь мастерам.

— Так я в точных науках пока не силён, — понурив голову, почесал затылок подмастерье.

— Твой колдовской взгляд очень пригодится при проведении экспериментов и диагностики. Начнёшь с проверки герметичности кабин высотных дирижаблей. Нам надо поднимать воздушный флот на высоту пятнадцати километров, чтобы ни авиация, ни зенитные пушки не доставали. Мне самому всюду не поспеть, буду адъютанта с секретными диагностическими приборами гонять по верфям строящихся воздушных судов. Кстати, Матвей, ты дули крутить–то из плазмы хорошо научился?

— А это–то для чего может пригодиться? — не понял ученик чародея.

— Будешь мне ассистировать во время хирургических операций, пулевые каналы и открытые раны плазмой обрабатывать. Крови–то не испужаешься, казачок?

— Воину стыдно крови бояться, — сглотнув комок в горле, обиженно поджал губы юноша.

— Война без крови не обходится, — грустно вздохнул Алексей. — Тяжело видеть, как боевые товарищи гибнут. Умение врачевать травмы друзьям — не менее важное искусство, чем наносить раны врагам.

— Полезные науки, такие охотно освою, — с жаром кивнул Матвей.

— Рвение похвальное, — улыбнулся ученику мастер. — Только уж не обессудь, гонять я тебя буду и в хвост, и в гриву. Никто не должен заподозрить, что ты мой сын. Внешность тоже придётся слегка подправить: будешь носить парик со светлыми волосами, пижонские усики под нос наклеишь, а глаза очками с простыми круглыми стёклышками прикроешь.

— Так со стороны внимательным взглядом распознают, что стёкла в оправе не увеличительные, — указал на слабость маскировки Матвей.

— Так ты же очки для форса носить будешь, чтобы солидней выглядеть. Пусть лучше недруги над молодым пижоном потешаются втихаря, чем замечают сильное сходство юной физиономии с ликом парагвайского владыки.