— Без неё родимой — конкуренцию империям не составишь, — с напускной грустью тяжко вздохнул владыка Парагвая. — Европейские колонизаторы весь мир своими сетями опутали. Нашей экономике, благодаря контрактам с голодранцами–большевиками, ближайшую пятилетку можно не беспокоиться за сбыт товаров, но надо же и о расширении торговой площадки думать. Будем всюду по зёрнышку клевать.

— И куда, владыка, думаешь расширяться? — недобро зыркнул на увесистый золотой крест на могучей груди батюшки Алексея генерал.

— Ну в Индию и на Ближний Восток британцы нас точно не пустят, а вот: Китай, страны Юго–Восточной Азии, Африка, Южная и Латинская Америка — наш регион. Здесь контроль послабее и товары наши в дефиците.

— Чем же отсталый Парагвай может пересилить промышленно развитые страны Европы?

— Контрабандой, — нагло улыбаясь, напомнил главный козырь казачий атаман. — Да и ближе нам до этих рынков, чем пароходам из Европы. Опять же, за счёт энергии ветра и всеядности казацких пароходных топок, нам дорога дешевле выйдет.

— В ближайшие пять лет Парагваю на советскую власть пахать придётся, — в свою очередь злорадно напомнил торговцу генерал. — Казацкая экономика на весь колониальный мир товаров не наготовит. Все же, чем конкретно промышлять думаешь, батюшка?

— Титул владыки мне больше по нраву, — шутливо подмигнув, огладил бороду ладонью неформальный хозяин Парагвая и просветил страждущих: — Торговля лекарством и оружием — самая прибыльная, да и Европа здесь нам не конкурент.

— Лекарственные препараты твои целители–китаёзы и доктора–эмигранты наловчились чудные варить, — неохотно признал очевидные достижения парагвайской медицины Врангель. — На цивилизованный рынок конкуренты–аптекари их не пустят, а в колониальных странах от травяных настоек, порошков и мазей отбоя не будет. Но вот насчёт оружия?..

— Так у парагвайцев покупать в розницу дешевле, — выдал спорный аргумент спекулянт.

— И откуда столько стволов взять?

— Сто тысяч европейских образцов купили по бросовой цене у большевичков, — пожал плечами атаман. — Казачьему войску разнокалиберный хлам ни к чему, с патронами одна морока. Да и от старых русских трёхлинеек, что белогвардейцы натащили, тоже надо потихоньку избавляться.

— Чем это вам, владыка, русское оружие не по душе? — нахмурился бывший командующий Крымской армией.

— Устарелая модель, — пожал плечами казачий атаман.

— У парагвайской армии винтовки ещё хуже, — совсем уж помрачнел генерал.

— Да казакам до государственной армии дела нет, — небрежно отмахнулся вождь анархистов. — Мы своё казачье войско содержать должны. И для этого будем современное оружие разрабатывать, но об этом поговорим завтра на закрытой военной коллегии.

— Ладно, отложим вопрос до завтра, — поджал губы генерал. — А как рассчитываете старьё аборигенам втюхивать?

— Так на то у нас признанные специалисты имеются, — подойдя к начфину, обнял профессионала за плечи Алексей. — Ты, друг Сёма, уже всю еврейскую родню из Ростова перетащил, теперь и из Одессы начал семьи вывозить?

— Коммуняки совсем коммерцию задушили — куда бедным евреям податься? — виновато развёл руками благодетель еврейского народа.