— Привет, засланный казачок! — с порога напомнил офицеру связи черноморского флота его шпионское прошлое Алексей. Он был знаком с Клинским, тогда ещё мичманом, с времён анархистского атаманства в Гуляйполе.

— Здравия желаю, господа, — обернулся к гостям капитан и кивнул в сторону необычного аппарата. — Не пойму, что за сборную конструкцию два хромоногих инвалида сегодня притащили ко мне в кабинет?

— О, про инвалидов забыли, — входя вместе с Кондрашовым, спохватился об упущенной детали Алексей. — Эдуард Петрович, необходимо ветеранов–инвалидов зачислять в особые классы, со специфической программой подготовки. Физической прыти покалеченные бойцы не проявят, зато будут усердно штудировать техническую часть.

— Здравствуй, Геннадий Максимович, — подойдя ближе, поздоровался за руку с Клинским начальник контрразведки и, саркастически усмехнувшись, оглянулся на своего спутника. — И как ты, владыка, собираешься трудоустраивать эдакую армию шпионов?

— Пять тысяч контрразведчиков разбредутся по организациям Парагвая и нашим торгпредствам за рубежом, — с энтузиазмом стал перечислять места распределения выпускников Алексей. — Другие пять тысяч составят группы силовой и технической поддержки. Боевики в значительной части осядут в колониальных странах, а технари наводнят столицы и крупные города развитых государств. Ещё одна тысяча будет задействована в работе аналитических центров в Парагвае и зарубежных посольствах. Три тысячи шпионов «средней руки» рассыплются по миру: часть будет официальными работниками торгпредств и парагвайских коммерческих компаний, а часть перейдёт на нелегальное положение. А вот тысяча шпионов «высшей категории» прикинется журналистами, путешественниками, состоятельными бизнесменами или инженерами высокой квалификации. И если обычные шпионы будут использовать для связи стандартную аппаратуру и привычные методы коммуникации, то высшая каста шпионов будет оснащена новейшими техническими разработками и применять бесконтактный стиль общения.

— Опять замыслил, Ведьмин Сын, учудить что–то несусветное, — медленно выдохнув, настороженно глянул на улыбающуюся физиономию дьявольского затейника Кондрашов и припомнил фразу, прозвучавшую на «педсовете»: — Противник не сможет засечь место выхода агента на связь, и даже не поймёт сам способ передачи информации.

— Как верно заметил ветеран разведки: связь — слабое звено в шпионской сети, — подмигнул опытным профессионалам Алексей. — Сообщение можно перехватить, курьера допросить, шифр разгадать. А вот смогут ли телефонист и телеграфист с помощью своих аппаратов записать радиограмму?

— Ближайшие годы парагвайским радистам удастся проскальзывать сквозь редкую сеть врага, — осторожно заметил Клинский. — Но аппаратура пеленгации и перехвата радиосигнала будут совершенствоваться, и ускользать от контрразведки шпионам станет всё труднее. Да и контакты агента с радистом возможно проследить, даже если они обмениваются записками.

— А если связник вообще не будет знать: от кого, когда и как приходит кодированная информация? — загадочно улыбаясь, задал дьявольскую загадку Сын Ведьмы и совсем уж добил профессионалов вопросом: — Если связист будет только следить за исправностью аппаратуры передачи сигнала, и то лишь изредка?

— Но ведь место расположения передатчика он знает, — отметил слабую точку Кондрашов.