— Ну, если только так, — пожал плечами казначей–толстячок и скосил глаз на своего соседа. — Однако в Москву пусть лучше Андрей отправляется, а то со мной, как с соратником врага народа, Троцкого, Сталин беседовать не пожелает.

— Ага, а с бывшим анархистом–махновцем загорится желанием чайку попить! — взвился Андрей Волков. — Я прошлый раз, когда из Союза наш персонал эвакуировал, еле успел из лап чекистов выскользнуть. Сталин до сих пор зуб на парагвайцев точит, за организацию побега зэков из северных лагерей. Советы уж второй год как Парагваю за поставки мясных консервов и муки не платят.

— Вот при встрече и договоримся о товарном взаимозачёте, — успокоил буйного дружка атаман. — Ладно, Семён, занимайся коммерцией с американскими евреями, а я с Андреем полечу на переговоры со Сталиным.

Окончив совещание и распустив собравшихся, Алексей вызвал в кабинет своего адъютанта.

— Матвей Ермолаев, приказываю отправиться в Китай, помочь казакам барона Унгерна нарастить добычу золота в подконтрольных провинциях на западе страны.

— Батя, дозволь заодно и япошек побить маленько! — обрадовался случаю семнадцатилетний казак.

— Эх, сынок, тебе бы только шашкой помахать, — недовольно глянув на великовозрастного пацана, тяжело вздохнул отец. — Стрельба и рукопашка у тебя в приоритете, а от точных наук бегаешь, как чёрт от ладана.

— Так я же внук ведьмы, — улыбнувшись, развёл руками бесёнок. — Мне колдовская наука милее.

— Вот бери портативный магнитоскоп в руки и добывай для Парагвайской республики дьявольский металл. Будешь казакам Унгерна помогать золотые россыпи разрабатывать. Войску пользы больше от сотни тонн драгоценного металла, чем от острой шашки чародея–недоучки.

— Опять ходить с важным видом и народ дурить, — фыркнув, скривил кислую физиономию юный маг и нервно сорвал с носа очки с простыми стёклами. — Как же мне уже надоело прикидываться умником.

Алексей улыбнулся, окинув взглядом рослую атлетическую фигуру молодца.

— Да, облик двухметрового бугая не наводит на мысли о твоём великом интеллектуальном уровне. Лишь очки придают хоть какую–то солидность розовощёкой морде.

— Я ещё усы клею, чтобы старше выглядеть, — оправдываясь, осторожно потрогал пальцами театральный атрибут юноша и горестно вздохнул: — Свои–то никак не растут.

— Потому как мал ещё, — встал Алексей и, подойдя к сыну ростом чуть пониже его, положил руку на плечо. — Нет, до двух метров не дорос.

— Ты уже в мои годы с батькой Махно по Дикому полю на тачанках рассекал, а я до сих пор в штабе на побегушках.

— А сознанием, так вообще, ещё пацан, — улыбнулся любящий отец и обнял Матвея за плечи. — Ты радуйся, что детство на мирное время выпало. Впереди грядёт такая война, какой свет не видывал. И чтобы казакам к ней подготовиться, надо много современного оружия изготовить и раздобыть. Мне из Асунсьона надолго уезжать нельзя, сам знаешь, как наши учёные нуждаются в технической магии: создании новых материалов, сканировании опытных образцов изделий…

— Да ладно, батя, что ты со мной, как с маленьким, — высвободился из объятий, смутившийся от редкого проявления отцовской ласки, Матвей. — Я же понимаю, что казакам золото нужно. Я просто хотел бы и в боях с японцами поучаствовать.

— Думаю, сынок, тебе в Китае некогда будет заниматься такой ерундой, как чужая война, — тяжело вздохнув, похлопал подмастерье по плечу наставник. — Золота нам много надо. Очень–очень много. Сколько сумеешь найти — всё в дело сразу пойдёт. Какое оружие не успеем произвести, то постараемся закупить. Похоже, последний год остался до настоящей войны. Каждый день дорог.