Рядовой Рустамов тихо переводил их разговор. Один из захваченных душманов был старшим группы. Он откровенно сообщил, что группа была направлена главарем банды, чтобы заблокировать минами их стоянку.

Муртази спросил:

— Как вы узнали, что мы остановились здесь?

— С вершин гор почти целый день наблюдали за вами. Насир, наш руководитель, сказал, что вы направляетесь в горы.

— Ну и что он намерен предпринять? — спросил Муртази.

— Не знаю. Он через своего заместителя приказал мне установить на вашем пути мины. Но нам не повезло. Больше половины моей группы погибло…

Командир батальона взглянул на Фоменко: есть ли вопросы?

— Рафик Муртази, спроси, не слышал ли он о советском солдате, попавшем в плен?

Пленные отрицательно покачали головой.

После того как душманов увели, комбат сказал:

— Я предлагаю снова побеседовать с Мохаммадом.

Фоменко заколебался:

— Стоит ли мне мешать вам. Вы с ним давно знакомы, и разговор лучше вести наедине.

— Нет-нет, вы не помешаете. Я уверен, что смогу найти с ним общий язык, а это значит, что мы сможем узнать многое, в том числе и о пленных солдатах.

Муртази приказал дежурному офицеру привести пленного.

Мохаммад вошел в палатку, щурясь от света. Лицо помятое, заспанное. Муртази предложил ему садиться на складной металлический стул. Сам сел напротив.

— Чаю хочешь?

— Спать хочу. Сейчас самое лучшее — это выспаться перед смертью.

— А почему ты решил, что тебя ждет смерть?

— Да я же знаю, что вы делаете с теми муджахеддами, которые попадают в плен.

— Это неправда, Мохаммад. Всех, — кто попадает в плен, предают суду. Суд только отъявленных бандитов приговаривает к высшей мере наказания. Судьи разбираются, как и почему человек оказался в банде, и если убедятся, что тот не истязал, не убивал никого, освобождают его. Народная власть стремится к благополучию и счастью народа, а твои новые хозяева и их заокеанские хозяева хотят помешать этому.

— Мы — борцы за веру, — смущенно промолвил Мохаммад.

— О чем ты говоришь, Мохаммад?! — воскликнул Муртази. — Те, кто направляют твою руку и руки таких, как ты, бедных людей, и есть отступники от веры. Неужели ты не видишь, как банды разрушают мечети, как душманы поднимают руку на детей, насилуют женщин, разбойничают на дорогах, в кишлаках?

— Я этого никогда не делал.

— Я уверен в этом, поэтому и разговариваю с тобой. Мохаммад, тебе никогда не приходилось слышать о русских солдатах, попавших в руки душманов?

Пленный во время беседы несколько раз бросал короткие любопытные взгляды на советского капитана.

— Я слышал, что в соседнем отряде, якобы был один русский солдат. Его взяли раненым, и он умер.

— Когда это было?

— Дней восемь — десять назад.

— Чья это банда?

— Исламской организации Афганистана.

— Кто главарь?

— Саид Ака.

— Кто он?

— Не знаю. Он прибыл в этот район из провинции Логар.

— Сколько человек у него в банде?

— Точно не знаю. Думаю, что человек сорок.

— Где сейчас эта банда?

— Там, в горах… Дожидается вас.