Бунцев взял у подбежавшего к ним сержанта свой автомат и подсумки с запасными магазинами и гранатами, повернулся к Миснику:

— Остаетесь в гарнизоне. Роту капитана Бочарова подготовьте к десантированию, договоритесь о вертолетах. Проверьте готовность резервного подразделения.

Глядя, как комбат подбежал к штабному бронетранспортеру, легко вскочил на него, Мисник подумал: «Нет, наверное, это к лучшему, что он сам идет в бой. Там не до личных переживаний».

Колонна тронулась в путь, а Мисник направился в штаб, в центр боевого управления. Из штаба ВВС сообщили, что все пять нащих машин горят, и у летчиков сложилось впечатление, что бой уже прекратился. Мисник с тревогой взглянул на радиста.

— Комбат на связи?

— Так точно.

Мисник взял микрофон и доложил Бунцеву о сообщении летчиков.

— Понял, — ответил Бунцев. — Мы уже на подходе, наблюдаем дым.

Батальонная колонна при подходе к месту боя разбилась на три группы. Две из них свернули с дороги и пошли каменистой равниной, обхватывая кишлак и «зеленку» с флангов. Третья группа, развернув пушки влево и вправо, продолжала идти по дороге. Бунцев хорошо понимал, что душманы могли заминировать оставшийся отрезок пути или же организовать засаду. Но слишком уж высока цена каждой секунды, и комбат торопил своих.

А вот и место происшествия. Все пять машин горят. Передний танк сошел с дороги и прямо по кювету, заполненному водой, начал обходить колонну. Вскоре он остановился и занял позицию впереди нее. По приказу Бунцева к нему присоединились два БМП. Остальные машины размещались по обеим сторонам от дороги. Бунцев с бронетранспортера осматривал местность. Стояла тревожная тишина. Солдаты спешились и, развернувшись в цепи, начали двигаться в обе стороны от дороги. Бунцев приказал одному взводу БМП продвинуться на пятьсот метров вперед. На небольшой высоте пронеслись две пары вертолетов, тут же радист протянул комбату микрофонную трубку:

— Товарищ подполковник, вас вызывают пилоты.

Бунцев услышал голос Першина:

— К югу от вас «зеленка». Они двигались туда.

— Понял, — ответил Бунцев и бросил взгляд на замполита.

Шукалин взял переносную радиостанцию и, связавшись с командиром третьей роты, которая двигалась в южном направлении, приказал увеличить интервалы между солдатами в цепи. Затем дал команду одному взводу боевых машин поддержать третью роту. БМП сразу же двинулись вслед за цепью солдат роты старшего лейтенанта Пузанова.

Бунцев попросил Першина осмотреть местность с юга. Вертолеты, рискуя получить очередь из-за дувала, летели на высоте сто — сто пятьдесят метров.

— Никого, — односложно бросил в микрофон Першин. — Как сквозь землю провалились.

Знал бы командир эскадрильи, что душманы, сделав свое черное дело, и впрямь скрылись под землей.

Радист окликнул комбата:

— Товарищ подполковник, вас вызывает старший лейтенант Пузанов.

Бунцев взял микрофон и сразу же услышал голос командира роты. Тот доложил, что обнаружил своих.

— Как они? — тревожно спросил Бунцев.

— Двести четырнадцать, — ответил Пузанов, что по кодовой таблице обозначало, что они убиты.

— Все?

— Да, — глухо подтвердил Пузанов.

— Организуйте охрану места и продолжайте проческу местности. Я сейчас буду, — распорядился Бунцев и, соскочив с бронетранспортера, приказал замполиту остаться за него на КП, а сам в сопровождении отделения автоматчиков на боевой машине пехоты направился к Пузанову.

Вскоре Шукалин сообщил по радиостанции, что к ним на помощь со стороны Кабула идет афганское армейское подразделение.