— Вперед. — Он первым зашагал к приземистому зданию, где предстояло официально пересечь границу.

Первым делом надо пройти таможенный досмотр. Бакин пропустил солдат вперед, и Леонов предстал перед высоким, лет тридцати, таможенником, одетым в мышиного цвета костюм. Леонов широко улыбнулся и поздоровался. Однако ответа не последовало. Вдруг словно что-то острое кольнуло его. Он увидел маленькие, настороженные глаза таможенника.

— Что в чемодане?

— Бритва, зубная щетка, мыло, подарки родным, — Антон не узнал своего голоса, который неожиданно стал хриплым и растерянным.

Антон щелкнул замками и тут же вспомнил, что не назвал среди вещей полотенце, которое старшина роты разрешил взять на всякий случай с собой. Он торопливо и смущенно сказал:

— Еще полотенце у меня, вот оно. — Антон взял его в руки, но таможенник уже развернул пакетик с очками, платком и жевательной резинкой.

— Так… почему нарушаете?

— Что нарушаю? — не понял Леонов. Ему стало страшно. А вдруг его сейчас повернут обратно, посадят в самолет и не пустят на Родину! Он пробормотал: — Я же у себя в магазине купил…

— А у вас уже там и свой магазин появился? — с издевкой произнес таможенник и достал небольшой сверток, где лежали платок и очки, купленные Шуваловым. — А здесь что?

— Платок и очки. Меня командир отделения старший сержант Шувалов попросил передать его родителям.

— Так, ясно. У вас там, оказывается, все это на широкую ногу поставлено.

— Что вы мелете? — взорвался Кольцов. — Мы все это за свои деньги в нашем гарнизонном магазине купили.

— Вам вопросы я буду задавать позже, — отрезал таможенник.

Бакин шагнул вперед.

— Я командир этих ребят и подтверждаю: все это ими приобретено в нашем гарнизонном магазине.

— А за какие денежки? Я, конечно, знаю, что вы, офицеры, там гребете чеки, а где они, солдаты, чеки берут?

— Эти солдаты, — побледнел старший лейтенант, — всего два дня назад вели бой, и вы не имеете права их оскорблять. Это с вашей стороны — подло!

— А вы, старшой, на меня не кричите! Я таких видел, — взвизгнул таможенник. — За такие дела можете оттуда в Союз пробкой вылететь.

Леонов и Кольцов знали своего замполита как спокойного и рассудительного офицера. В бою он был всегда в первых рядах, полгода назад его контузило. В обычной обстановке Бакин был сдержан, а тут вдруг взорвался и двинулся на таможенника.

— А ты меня, хлюст, Родиной не пугай. Встреча с ней для меня — самая высокая награда!

На шум голосов к ним быстро подошли два таможенника и офицер-пограничник.

— В чем дело, товарищи? — громко спросил пожилой таможенник, очевидно, старший.

— Да вот, нахватали там барахла и хотят провезти все это, еще и оскорбляют, — крикливо объяснил таможенник.

Офицер-пограничник строго посмотрел на замполита.

— Товарищ старший лейтенант, в чем дело?

Бакин объяснил, что произошло. Старший таможенник взял в руки подарки и спросил у Леонова:

— Так говоришь, родителям купил?

— Так точно, за свои деньги.

— Молодец, что не забываешь их, забирай и вези, сынок. — Посмотрел на Бакина, на его солдат и тихо сказал: — Извините нас, товарищи! Проходите, пожалуйста, с прибытием вас на Родину!

В ФЕРУДАХЕ

Самолет прилетел в Ферудах в десять часов местного времени.