Он был тронут и одновременно смущен. Он надеялся, что Красотка не следит за ними из окна. Джулиана шла с другой стороны от него. Дети познакомились с ней в детской, но ему показалось, что она принадлежит к их числу. Однако это не могло долго продолжаться. По возвращении домой Джек опустил Марселя на пол, и мальчик присоединился к остальным детям, которых Руби провожала наверх, обещая напоить теплым молоком. Кто-то потянул Джека за пальто.

Жаклин смотрела на него расширившимися глазами.

– Можно мне пойти в музыкальную комнату? – прошептала она.

О Боже!

– А ты спросила у мамы разрешения? – поинтересовался Джек.

– Она пообещала, что я буду брать уроки, – пробормотала девочка. – И сказала, что купит мне новую скрипку. Пожалуйста, разрешите мне немного поиграть. Пожалуйста.

Вокруг не было никаких следов Красотки, Перри, Мартина или Фредди. Должно быть, они ушли на репетицию.

– Сначала ты выпьешь стакан горячего молока, – проговорил он. – Может, лучше подождешь и спросишь разрешения у мамы?

Жаклин встряхнула головой, а на глаза у нее навернулись слезы.

– Пожалуйста. – Она до сих пор держалась за его пальто. – Пожалуйста, отведите меня в музыкальную комнату. Пожалуйста.

Как он мог отказать ей? Она тронула его сердце своим спокойствием и серьезностью. Джек протянул ей руку.

– Только ненадолго, – предупредил он. – Не думаю, что это кого-нибудь обидит.

Жаклин улыбнулась, и у Джека возникло странное ощущение, что она сделала его своим рабом.

Глава 12

Войдя в музыкальную комнату, Жаклин сразу забыла о нем. Джек ожидал этого. Девочка вынула из футляра одну из скрипок, погладила рукой ее отполированную поверхность и легко пробежала пальцем по струнам. Джек направился к фортепиано и уселся на скамью. Девочка смотрела на инструмент, как на любимую игрушку.

Она положила скрипку на плечо, подняла смычок и начала играть.

В следующие полчаса Джеку казалось, что он похож на голодного человека, оказавшегося перед столом, полным изысканных яств, у которого, однако, нет времени, чтобы их попробовать. Каждую пьесу Жаклин исполняла немного быстрее, чем следовало, и "почти не делала пауз между, ними. Она словно боялась, что больше ни? когда не сможет играть вновь.

Джек позволил ей играть, не думая о том, что будет, если Красотка обнаружит их. Он забыл о времени. Ребенку требовались уроки, но неожиданно Джек с удивлением понял, что скорее Жаклин способна научить педагога, чем взять что-то у него.

Он чувствовал благоговение перед ее нераскрывшимся, неотточенным талантом, а также нежность, потому что девочка была необычайно хрупкой.

Наконец Жаклин остановилась и глубоко вздохнула, затем открыла глаза и посмотрела на него. Она опустила скрипку.

– Спасибо.

– Я получил огромное удовольствие, Жаклин, – улыбнулся Джек.

– А вы играете? – поинтересовалась она.

– На рояле, – ответил он. – Полагаю, что, родись я девочкой, меня заставляли бы больше заниматься. Должен признаться, что мог бы играть лучше.

Как и в предыдущий вечер, Жаклин положила скрипку на рояль и присела рядом с ним на скамью.

– Нужно было играть, – сказала она. – Не имеет значения, что говорят остальные.

Нужно. И это заявляет ребенок…

– Конечно, ты права, – согласился Джек.

– Я беру уроки игры на фортепиано, – продолжала Жаклин, – но они мне не нравятся, я постоянно думаю о пальцах и о том, на каких клавишах они должны стоять. У меня нет возможности почувствовать музыку. Я могу только слышать ее.

Она не задумывается, когда ее пальцы касаются скрипки?

– Чем ты думаешь заниматься, когда вырастешь? – спросил Джек.