— Он их не опознает, — сказала Грейс. Ни к чему было говорить, что Анри давно знаком с этими людьми и даже называл их своими друзьями. Она была уверена, что он не отдаст их в руки иностранного правосудия. — Где они, кстати?

— В «Черной лошади», — ответил Вуфертон.

— И вы хотите отвезти туда же Анри? Как же тогда вы им помешаете убить его?

Мейберри и Вуфертон уставились на Грейс — первый с подозрением, второй удивленно.

— Так его зовут Анри! — вокликнул Мейберри. — А вы мне этого не говорили! Вы вообще не упоминали о том, что он француз!

— Потому что я знала, к чему это поведет, — с вызовом ответила Грейс. — Да, мистер Мейберри, я скрывала, кто он такой, можете меня арестовать, если хотите. Я хотела вылечить его.

— Да ладно вам, мисс Грейс, — добродушно произнес Мейберри. — Я разве сказал, что осуждаю вас? О вашем аресте и речи не идет, хотя вы препятствовали чиновнику в исполнении его обязанностей. Но поскольку теперь мы знаем, что парень француз…

— Так вам все равно, перенесет ли он переезд или не перенесет? — перебила его Грейс. — Помилосердствуйте, мистер Мейберри! Вы же сами видели его рану! Вы знаете, что он потерял много крови. Он и на ногах-то не стоит, куда уж ему ходить!

Мужчины нерешительно переглянулись. Грейс усилила напор.

— Вы что же, собираетесь вывести его из дома на глазах у француза, который сторожит у ворот? Вы же выставите нас обоих обманщиками, мистер Мейберри! Ведь мы уверяли, что он ушел в первую же ночь. И это не все. Убийцы будут знать, где он находится, вы сделаете его мишенью! Хотите, чтобы его гибель была на вашей совести?

— Но он же француз, — попробовал протестовать Мейберри.

— И кто может сказать, что он не шпион? — присоединился к нему Вуфертон.

— А может, он просто эмигрант! — возразила Грейс. — Кстати, это более вероятно, если учесть, что за ним охотятся французские власти.

Мужчины растерянно помолчали. Было очевидно, что это не приходило им в голову.

— А он сам ничего не говорил? — спросил Вуфертон. — Он говорит по-английски?

— Говорит, но не хочет ни о чем рассказывать, честно призналась Грейс.

— По-моему, надо его допросить, — решил Вуфертон.

— Почему бы и не допросить, но сначала пусть он окрепнет, чтобы мог отвечать на ваши вопросы.

— То есть, когда он поправится и удерет? — с иронией проговорил Мейберри.

Грейс прищурилась.

— На что это вы намекаете, сэр?

— Послушайте меня, мисс Грейс. Если бы все зависело только от меня, то пусть бы он и убежал, я ничего не имею против. Я уверен, что вы умеете разбираться в людах, и если вы говорите, что он безвреден, значит, так оно и есть. Но тут решаю не я. Все зависит от сэра Джеймса и мистера Вуфертона. По идее, я должен был в самом начале сообщить обо всем сэру Джеймсу. А теперь выбора у меня нет, поскольку он француз.

— А у меня есть, — парировала Грейс. — Это мой дом, а Анри Руссель мой гость, и вы не увезете его, потому как я отвечаю за его безопасность. Понятно?

Вуфертон вздохнул.

— Дело в том, мисс Грейс, что у вас тоже не останется выбора, если я принесу ордер.

Грейс вздернула подбородок.

— Ну что ж, мистер Вуфертон, давайте, несите! Иначе вам его не взять!

Вуфертон возвел глаза к небу.