Испугавшись, как бы ожерелье не стало еще одним поводом для возмущения, и уже сожалея, что надела его, Илис объяснила:

— Это ожерелье было на моей матери, когда ее подбросили в дом Эдварда.

Взмахом руки королева велела девушке подойти. Та выполнила приказание, и Елизавета, приподняв отделанную драгоценными камнями эмаль, стала рассматривать ее. Потом подозвала Бланш Парри. Только когда старушка остановилась возле королевы, Илис поняла, что она почти слепа.

— Вдовствующая графиня Резерфорд сейчас при дворе? — спросила Елизавета у Бланш.

— Нет, ваше величество, — тихо ответила та.

— Тогда скажи лорду Берли, чтобы он немедленно вызвал ее сюда. Уверена, Анне будет интересно узнать, что ее правнучка живет в доме сэра Рэмси.

— Графиня Резерфорд? — Королева кивнула, что подняло настоящий ураган в душе девушки. — Но как это возможно?

— Дочь и внучка Анны… как ты догадываешься, внучка — это твоя мать… их схватили и потребовали выкуп. Графиня быстро собрала нужную сумму и передала деньги похитителям. Спустя некоторое время дочь вернулась… но без ребенка. Кажется, их держали раздельно. Женщина, нанятая для ухода за малышкой, заболела и умерла, однако она так и не призналась, куда дела девочку. Единственное, что она повторяла, — что ее можно опознать по ожерелью. Через несколько лет дочь Анны умерла от сифилиса, предоставив графине самой искать девочку. Я считаю, что ты дочь пропавшей малышки. — Елизавета опять указала на ожерелье. — Эта эмаль — копия с портрета графини Резерфорд, который висит в ее доме. Я много раз видела его, поэтому могу подтвердить, что копия полностью соответствует оригиналу. Я устрою, чтобы графиня Резерфорд как можно скорее навестила тебя, — продолжала королева. — Она так же стара, как моя Бланш, у нее доброе и мужественное сердце. Не сомневаюсь, что она будет рада познакомиться с тобой. Она осталась одна, у нее никого нет. Правнучка скрасит ее одиночество.

— Буду счастлива увидеть свою прабабушку, — пробормотала Илис.

Дрожь в голосе выдавала ее волнение. При мысли, что у нее есть другие родственники, более добрые и заботливые, чем те, кого она знала, ее душа наполнилась восторгом и нетерпением.

Раздался негромкий стук. Бланш Парри открыла огромную дверь и впустила высокого бородатого и темноволосого мужчину, который торопливым шагом пересек зал. Почтительно поклонившись королеве, он что-то зашептал ей на ухо. Илис из приличия отошла в сторону. Когда мужчина выпрямился, Елизавета подала девушке знак приблизиться.

— Сэр Франсис Уолсингэм, вам будет интересно познакомиться с моей гостьей. Это дочь сэра Рэмси Редборна. Илис пришла сюда просить за арестованного ганзейского капитана.

Высокий мужчина повернулся к Илис. На его лице появи лось участливое выражение.

— Я был лично знаком с вашим отцом…

— Сэр Франсис, я все еще верю, что он жив… во всяком случае, не теряю надежды на это. Мне больно слышать, что вы говорите о нем так, словно его уже нет на свете.

— Простите меня. — Он подошел к девушке и взял ее за руки. — Его слишком долго нет среди нас, и я уже начал сомневаться, что похитители пощадят его. Я не хотел причинить вам боль.

— Сэр Франсис великолепно проявил себя на посту министра, — в задумчивости произнесла королева. — У него страсть к распутыванию всяких заговоров против меня, и иногда его находки просто поражают. Мы получили сведения, что в одной из ганзейских контор в Стиллиардсе собираются заговорщики. Когда твоего отца схватили, он занимался тем, что пытался выяснить, кто стоит у них во главе.

Услышанное ошарашило Илис.