Закинув пышные волосы на спину, Раймонда начисто отмела предположение об угрызениях совести, встретив заявление Илис гортанным смехом.

— Тебе незачем дергаться, мисси. О тебе неплохо позаботятся, хотя для меня загадка, почему ты здесь оказалась. Однако не надо забывать, что у его светлости чутье на таких, как ты.

— А кто этот мерзкий лорд? — поинтересовалась Илис, пристально глядя на женщину.

Она прекрасно знала, что и у Реланда Хаксфорда, и у Форсворта Редборна может возникнуть желание отомстить ей, и хотя тщеславный Форсворт не имел никакого права использовать титул, он всегда держался и представлялся так, будто являлся знатной персоной.

— Полагаю, ты скоро узнаешь, — с загадочным видом ответила Раймонда.

Показав пожатием плеч, что разговор окончен, она подала им знак следовать за ней и вышла из комнаты. Пройдя по коридору, она двинулась вверх по узкой шаткой лестнице. Долгий утомительный подъем закончился на площадке почти под самой крышей. Раймонда приказала всем соблюдать тишину. Даже Илис было страшно шуметь, когда они шли вдоль длинного коридора с множеством дверей, за которыми, без сомнения, отдыхали те, кто обитал в Элсатии. Дверь в конце коридора вывела еще на одну лестницу, преодолеть которую стоило Илис немало сил: ведь нога ее болела по-прежнему.

Наконец они достигли самого верха. Шедшая впереди Раймонда пересекла небольшой зал, открыла дверь в крохотную комнатку, расположенную под скатом крыши, и поставила свечу на стол. Потом усыпанной веснушками рукой указала на забранное решеткой мансардное окно.

— Дама никуда отсюда не убежит, пока вы будете заниматься своими делами в Стиллиардсе.

Илис отметила, что окошко было заперто на особый засов, который лишал обитателя комнаты возможности не только бежать, но и разговаривать с теми, кто находился снаружи. Очевидно, этой каморке, оборудованной с некоторым комфортом — узкая кровать с сеткой из веревок, стул, столик, где можно было завтракать, умывальник с туалетными принадлежностями, таз, кувшин для воды, полотенце и кусочек мыла, — предназначалось быть ее тюрьмой.

— Как вы сами видите, она не сможет убежать, — горделиво заявила Раймонда.

Фич в сомнении так сильно тер подбородок, что под ним образовались складки.

— И все равно тебе стоило бы следить за ней, — посоветовал он. — Она ловкая штучка. Ей нельзя доверять.

Раймонда вздернула бровь и оценивающим взглядом окинула тоненькую девушку и громадного мужчину. Приглядевшись, она увидела синяк на его щеке и весело спросила:

— Эта маленькая чертовка поранила тебя?

— Верно. В жизни не видел такой сварливой бабы, — пожаловался Фич. — Его светлость будет последним глупцом, если не обуздает ее.

— Да-а, может получиться так, что его светлость проклянет тот день, когда приказал тебе привезти ее, — согласилась Раймонда, всем сердцем желая, чтобы это произошло до того, когда путь назад будет отрезан.

— Тогда приступайте, — насмешливо проговорила Илис. — Если вы считаете, что я принесу так много несчастий бедному лорду — кем бы ни был этот негодяй, — почему бы вам не сделать ему подарок и не отпустить меня? Я проявлю великодушие и забуду, что видела всех вас.

— Это наверняка приведет к кровавой войне с его светлостью, — ответил Фич.

Раймонда опустила глаза, испугавшись, что они выдадут ее желание. Трудно скрыть ревность и ненависть, когда они овладевают всем существом.

Спенс, который в течение всего разговора не произнес ни слова, решил вмешаться и резким тоном заговорил с Раймондой:

— Девушка должна помыться и отдохнуть. Проследи, чтобы она ни в чем не нуждалась.