Изменить размер шрифта - +
Искра, которую ты, чужак, сумел раздуть своими поступками.

Он сделал паузу, и его светящиеся глаза, казалось, заглянули мне прямо в душу.

— Если гномы Туманных гор смогут изгнать орков с моих священных земель… если они восстановят мой храм здесь, в сердце гор, где он был осквернён… я верну им своё покровительство. Я помогу им возродить их былое величие. Я снова стану их путеводной звездой. Передай им это, смертный. Передай им мою волю. За это я дам тебе и второе благословление, которое должно помочь тебе. Но знай, это оплата авансом, если ты не справишься, то эта способность покинет тебя.

Свет вокруг стал ещё ярче, почти ослепительным.

Фигура Дикаиса начала медленно растворяться в нём.

— И помни, Рос из другого мира… — это были его последние слова, прозвучавшие уже откуда-то издалека, — … даже самый маленький поступок, совершённый с чистым сердцем, может изменить ход истории. И судьбу целого народа.

А потом всё померкло.

 

* * *

Я открыл глаза, резко сев.

Голова не кружилась, боли не было.

Я чувствовал себя… обновлённым. Полным сил. Как будто только что хорошо выспался и плотно позавтракал. Я посмотрел на свои руки, на бок, на плечо. Ран не было. Лишь тонкие, едва заметные белёсые шрамы, как будто старые, давно зажившие отметины. Мой верный доспех от Анаи, который ещё недавно был весь в крови и грязи, теперь выглядел почти чистым, лишь с несколькими свежими царапинами.

Эйтри сидел рядом, на камне, и смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Его лицо было бледным, а в бороде застряли несколько соломинок.

— Что… что это было? — прошептал он, его голос дрожал.

Я посмотрел на статую Дикаиса. Золотистое свечение вокруг неё медленно гасло, уступая место обычному, тусклому свету факела. Каменный бог снова стал просто камнем. Но что-то неуловимо изменилось в его облике. Он больше не выглядел поруганным и забытым. Ни одного повреждения не осталось. И теперь от него исходила какая-то тихая, внутренняя сила и покой.

— Кажется… — я потёр лоб, пытаясь привести в порядок мысли. — Кажется, у нас с товарищем Дикаисом только что был… божественный диалог. И, похоже, мы получили новый квест. Очень важный.

Я рассказал Эйтри всё, что видел и слышал. О Дикаисе, о его обещании, о его условии. Гном слушал молча, не перебивая, его лицо становилось всё серьёзнее. Когда я закончил, он долго сидел, глядя на статую, потом перевёл взгляд на меня.

— Ты… ты уверен, Рос, что это был не бред? Не горячка от ран? — спросил он тихо, но в его голосе уже не было прежнего скепсиса. Скорее — надежда.

— С чего это? Мои раны исчезли, Эйтри, — я показал ему свои руки. — Я чувствую себя так, будто заново родился. Даже доспех цел. Это был не бред. Это было… чудо. И, похоже, у Алатора появился шанс. Настоящий шанс.

Эйтри медленно кивнул.

— Дикаис… — прошептал он. — Древний бог… Я никогда не слышал, чтобы гномы Туманных гор поклонялись ему. Они даже Скафсу, богу-кузнецу не больно-то поклоняются.

— А статую эту, кто поставил? Не орки же?

— Тоже верно, — согласился Эйтри. — Они поклоняются либо своим полубогам, либо грязному Григгасу. Богу, убитому славным Парганасом, но возродившемуся в жерле вулкана. И что самое обидное, Григгас тоже бог-кузнец, как и Скафс. Выходит, это были времена такие далёкие, что даже память об этом истлела. Но это как раз не важно. Если это правда… если он действительно готов помочь…

Он не договорил, но я понял его. Вмешательство бога в дела смертных могли здорово изменить расклад сил. Изменить всё.

 

* * *

Наша рейд-группа вернулась не на свою базу, а по причине несгибаемой, называется «география», в Алатор.

Быстрый переход