|
Интенданты выносили мешки с сухим пайком и фляги с водой, кричали друг на друга, пытаясь распределить провизию по подразделениям. Хаос был управляемым, отработанным до автоматизма за долгие годы службы. Армия проделывала такое не раз и не два, когда готовилась к походу, просто обычно это не было таким уж спешным.
Я смотрел на это с крыши, и в моей груди было смешанное чувство. Удовлетворение от того, что мой план работает как часы, каждый винтик крутится именно так, как я запрограммировал.
И лёгкое, почти незаметное любование военным потенциалом королевства. Этот гарнизон, более трёх сотен тяжеловооружённых латников, копейщиков и лучников, был лучшей частью вооружённых сил королевства. Это были профессиональные солдаты, обученные, снаряжённые и дисциплинированные, закалённые в стычках с разбойниками и пограничных конфликтах.
Большинство из них, в отличие от стражников, были неплохими людьми, простыми парнями, которые служили за плату, чтобы прокормить семьи. И я, по сути, отправлял их на бессмысленную прогулку, обезоруживая столицу перед лицом настоящего врага — нас.
Зато так я сохраню им и своим парням жизни. Ничего, пусть погуляют. Даст судьба, им не придётся драться с нами. Даст судьба, они не станут против меня армией, потому что плохо заканчивают те, что становятся на поле боя против меня.
«Моральные колебания неуместны», — одёрнул я себя. « Это война. Война не терпит сентиментальности. Устранение ключевой боевой единицы противника без единого выстрела. Эффективность — сто процентов».
Но чувство не исчезло полностью. Оно засело где-то в глубине души, маленьким чёрным червячком, который напоминал мне о том, что я не машина. Что у меня есть совесть. И что за каждым моим решением стоят человеческие жизни, и стратегия, которая эти жизни сохранит — хорошая стратегия.
Вскоре на плацу выстроились походные колонны. Впереди — конные офицеры на боевых конях, их доспехи сияли на солнце, плюмажи на шлемах развевались на ветру.
За ними — тяжёлая пехота, ощетинившаяся лесом копий, их щиты покрыты геральдическими знаками. По флангам — лучники с длинными тисовыми луками за спиной, колчаны полны стрел с железными наконечниками. Они выглядели внушительно. Сила, способная сокрушить любую банду разбойников и даже дать серьёзный бой регулярной армии соседнего королевства.
Командир гарнизона, немолодой молчаливый капитан Басса Кудрявый (прозвище сохранилось за ним, несмотря на то что он в силу возраста был уже практически лысым) возглавлял войско.
Каркающим голосом он выкрикивал команды. Его голос был громким, уверенным. Он должен был показать свое рвение, чтобы никто, и в первую очередь Петурио, не усомнился в его преданности. Теперь он старался быть лучшим солдатом королевства, чтобы никто не мог упрекнуть его в нелояльности.
— За короля! — кричал он, поднимая меч к небу. — За королевство! Смерть оркам!
— За короля! — ревела армия в ответ.
Колонны тронулись. Тяжёлой, мерной поступью они выходили из ворот казарм и двигались по главной улице к северным воротам города. Их шаги гулко отдавались от булыжника, копыта коней цокали по камню. Горожане, привлечённые шумом, высыпали на улицы. Они с удивлением и растущей тревогой смотрели на это внезапное выступление. Женщины прижимали к груди детей, мужчины хмурили брови, старики качали головами.
Поползли слухи.
Горожане знали солдат лично и по мере продвижения колонны (а казармы расчётливо были построены неподалёку от главных ворот города — для того, чтобы быстро принять на себя удар в случае нападения) кто-то подбегал к армейцам и обменивался фразами, получая крохи недостоверной информации.
Орки, разбойники, мятеж на границе, война с соседями… никто ничего не знал наверняка, но каждый додумывал по-своему. Но вид уходящей армии всегда вызывает тревогу. |