Разговор о Ребекке был исчерпан. Мачеху интересовали лишь наряды, и она с уважением прислушивалась к комментариям Уолта, который вообразил себя экспертом в вопросах женской одежды. Он посоветовал Джине надеть платье понаряднее.

— Ты очень красивая, — назидательно говорил он, — но одеваешься подчас слишком строго.

Девушка заверила, что обязательно учтет его пожелания.

Вернувшись домой, она открыла шкаф с целью подобрать что-нибудь броское и после долгих поисков нашла то, что искала, — купленное еще в прошлом году платье из черного в белый цветочек крепдешина с воротником жабо, которое она так ни разу и не надела, посчитав слишком пестрым. Этот наряд был настолько не в ее стиле, что она удивлялась, как вообще могла купить его.

Однако для предстоящей миссии платье подходило идеально: оно определенно не понравится Конраду и подчеркнет идеальный вкус Ребекки. Уолт, конечно, тоже будет не в восторге, но его мнение Джину мало волновало. А еще она наденет шляпу с огромными полями. Сравнение окажется в пользу мисс Трэйвис, и Конрад полюбит ее еще больше.

А я, сказала Джина сама себе, позабочусь о том, чтобы Уолт больше не крутился возле Ребекки.

Остаток недели прошел без особо примечательных событий, за исключением покупки броской черно-белой соломенной шляпы с широкими полями. Примеряя ее перед зеркалом, Джина решила, что мисс Трэйвис останется довольна.

В субботу утром безупречно одетый Уолт приехал за своей спутницей. Взгляд, которым он ее окинул, только подтвердил ожидания Джины. Уолт воздержался от комментариев и, лишь когда они приехали в церковь, заметил:

— Джина, дорогая, ты выглядишь потрясающе, но мне кажется, что это платье не очень идет тебе, да и поля шляпы могли бы быть поменьше. Или ты хочешь привлечь мое внимание? К сожалению, я вынужден тебя огорчить: мое сердце отныне принадлежит Ребекке.

— Ты говоришь, как герой мексиканской мелодрамы, — спокойно произнесла девушка. — Пойдем, а то скоро приедет невеста.

В одной из лучших церквей Блумсби, где должна была состояться церемония венчания, толпился народ.

Заняв свое место, Джина огляделась в поисках знакомых и заметила Ребекку и Конрада, сидящих через несколько рядов от нее. Но рассмотреть их девушке удалось лишь тогда, когда приглашенные поднялись навстречу невесте.

На Ребекке был небесно-голубой костюм и такого же цвета маленькая шляпка. Возвышавшийся рядом со своей спутницей Конрад выбрал для церемонии элегантную серую двойку безупречного покроя.

Шурша шелками и парчой, гости сели, и церемония началась. Джина не слышала ни слова. Она представила себе свадьбу Ребекки и Конрада, и невыразимая грусть наполнила ее душу.

Первыми из церкви вышли жених с невестой в сопровождении маленьких пажей, за ними — родственники, а потом уже гости. Уолт подошел поприветствовать Ребекку и Конрада, и мисс Трэйвис язвительно произнесла, обращаясь к Джине:

— Давно не виделись. Как вы отдохнули? Загорели, растолстели, так что, видимо, хорошо. — Она рассмеялась. — Да, деревенская пища поистине творит чудеса.

Девушка учтиво улыбнулась и, проследив взгляд, которым обменялись Ребекка и Уолт, посмотрела на Конрада. Он, несомненно, тоже это заметил, но не подал виду.

— Увидимся на приеме, — произнес он и направился вместе с Ребеккой к машине.

Праздничный обед проходил в доме Колби. Джина поздравила жениха и невесту и направилась к столу, увлекая Уолта за собой.

Сначала все шло хорошо. Свадебный торт был торжественно разрезан, прозвучали поздравительные тосты, и приглашенные разбрелись по дому и саду. Уолт и Джина болтали с многочисленными друзьями, пили шампанское, пробовали изысканные угощения, и Кальдерон даже не пытался оставить свою спутницу.