Ей надлежало построить рабочую схему отступления прежде, чем она сможет направить свои усилия на эмиссара. Поначалу она думала, что ей придётся искать путь на один из кораблей Железных Воинов, но потом эта необходимость отпала. Эмиссар был тут, в «Незримом лабиринте». Сперва техноведьма доставляла ей проблемы – её присутствие убило дюжину кибермух прежде, чем Иаео нашла баланс. Как только она преодолела эту проблему, то сразу смогла обратить всё своё внимание на троицу и начать добывать информацию. Она видела каждое их движение, каждое их слово, каждый сигнал, который они считали личным, всё это шло к Иаео.

     Она начала выстраивать предположительные профили и индивидуальные инфо-модели Аргониса и его окружения. Они жили в её голове, тени отброшенные живыми существами, за которыми она наблюдала.

     Модель астропата по имени Професиус была эскизом эфемерных вероятностей. Она была почти уверена, что это создание не было полностью человеком, либо его природа основательно изменилась, возможно, под психическим воздействием. В его действиях она видела полное подчинение. Были ещё знаки, указывавшие на почти полное отсутствие самоопределения, за исключением возможности подчиняться командам. Маска на его голове совершенно точно была не простым устройством. Она также решила для себя не запоминать подробные детали рун, вырезанных на металлической поверхности маски. Один только взгляд на них путал её мысли. Но, несмотря на недостаточность инфо-модели она всё же смогла сделать выводы о роли и важности Професиуса – он был линией связи между эмиссаром и самим Гором, но линией, которой ещё только предстояло быть использованной.

     Сота-Нул была другое дело. Она не была похожа ни на одного из техножрецов, с которыми Иаео сталкивалась раньше. Её физиология не соответствовала её виду. В Сота-Нул было столько же биологического, сколько и механического. В свою очередь грань между плотью и металлом была очень тонка. Это также было необычно, почти беспрецедентно. Почти. Её речевые построения тоже были предметом интереса. Она обладала человеческим голосом, воспроизводимым не машиной, не воксом, а воздухом, глоткой и ртом. Иаео была в этом уверена, она слышала это в текстуре слов Сота-Нул. Но она никогда не слышала дыхания. Больше всего неприятностей доставляли шаблоны решений/реакций Сотан-Нул. В ситуациях, когда большинство подобных ей задвигали эмоции на задний план в угоду логики, техноведьма, казалось, действовала, одновременно повинуясь инстинкту и логике, при том путями, которые Иаео было сложно предсказать. Она совершала действия, исходя из вычислений и таких эмоций как ярость, голод и злоба. Это было не хорошо. Вообще нехорошо. Все эти маленькие факты указывали на то, что Сота-Нул могла быть только одной из перерожденцев Марса, одной из так называемого нового духовенства, Тёмных Механикумов.

     А ещё был Аргонис, прекрасный Аргонис, настолько наполненный воинской гордостью потерянных эпох. Он был воином, благородным, лояльным, сконцентрированным, безжалостным, но он также был и предателем с руками в крови. Он был таким лояльным и таким привязанным к собственным принципам, личность, разрезанная надвое и вновь собранная в целое. Она не была до конца уверена, но существовали признаки, говорившие о том, что его миссия на Талларне не была почётной, скорее это было наказание или некая форма изгнания.