— Что случилось, Эгор? — спросил Тамбу и тут же пожалел о том, что заговорил. Храни он молчание, Эгор так никогда бы и не узнал о том, что его вызов принят.

— Ничего, — поспешно ответил Эгор. — Уайти позволила мне воспользоваться ее средствами связи, чтобы вызвать тебя, только и всего.

— Никаких личных обращений ко мне не может быть до тех пор, пока не закончится собрание, — проворчал Тамбу. — Если это не срочно, тогда…

— Это не срочно, но очень важно, — перебил его Эгор. — Я думал, что ты захочешь обсудить это со мной, но если ты слишком занят, сделаем это по ходу собрания.

Предостерегающие интонации в голосе великана невольно привлекли к себе внимание Тамбу. Подавив раздражение, он снова наклонился к микрофону, чтобы извиниться.

— Прости меня, мой друг, за то, что я был резок с тобой, но эти собрания всегда действуют мне на нервы. Отчасти именно по этой причине я избегаю всяких личных контактов до их завершения. Это удерживает меня от того, чтобы вымещать свое дурное настроение на близких мне людях. Что именно ты желал со мною обсудить?

Выражение гнева исчезло с лица Эгора, и он потупил взгляд..

— Я бы хотел… я прошу тебя освободить меня от должности командира, — произнес он тихо.

Раздражение с новой силой вспыхнуло в душе Тамбу, но он не дал ему вырваться наружу.

— Почему? — осведомился он.

— Эти ежегодные собрания выявили то, что нам обоим было известно уже давно. Я не гожусь в лидеры. Я не достоин находиться в одном помещении с остальными.

— Ты такой же капитан, как и они, — возразил Тамбу. — Я не вижу между вами никакой разницы.

— Другие капитаны знают свои команды, — парировал Эгор. — И когда они берут слово на собраниях, то выступают как представители своих кораблей.

— А ты сам? — допытывался Тамбу.

— Моя команда меня недолюбливает. Я понятия не имею о том, что у них на уме, каковы их взгляды по спорным вопросам. Я могу управлять кораблем, но не умею ладить с людьми. Пожалуйста, я прошу тебя как старого друга. Поставь кого-нибудь другого на мое место. Позволь мне снова, как раньше, стать рядовым членом экипажа.

— Что именно заставляет тебя думать, будто остальные капитаны знают, чего хотят от них команды?

— Это очевидно. Тебе достаточно понаблюдать, как они держатся, или вслушаться в их голоса во время докладов.

— Они не лучше тебя знают свои экипажи, — заявил Тамбу резко. — Ты путаешь способности оратора со способностями командира.

Эгор наморщил лоб, пытаясь уловить ход его рассуждений, а Тамбу между тем продолжал:

— Послушай, Эгор, большинство из капитанов не обладают такой чуткостью, как ты. Им никогда даже в голову не приходит, что у их подчиненных может быть собственное мнение. Они высказываются от своего лица, полагая при этом, что их команды с ними согласны. А еще больше таких, которые знают, что команды считают иначе, но их это нисколько не волнует. Они капитаны, и этим все сказано.

— Ты уверен в этом? — подозрительным тоном осведомился Эгор.

— С высоты своего положения я могу это видеть. И если бы я собирался смещать незадачливых лидеров, мой выбор пал бы как раз на них, а не на тебя. Многие из них просто неопытные новички, которые подменяют действия пустыми словами. Их заслуги настолько ничтожны, что им приходится лезть вон из кожи, чтобы привлечь внимание к каждой маленькой частной победе. А ты успешно командовал одним из моих звездолетов в течение почти пяти лет, твой послужной список говорит сам за себя.