Дожидаясь, пока с ним заговорят, Аяр сам мучился от нетерпеливого любопытства: что же это такое случилось, что вокруг все заняты сами собой, разговаривают вполслова, вполголоса?

Аяр не стерпел и, перевалившись на другой бок, повернулся к людям:

— Ну? Что у вас?

Воины, смолкнув, посмотрели на Аяра и ничего не ответили.

Он переспросил:

— А?

Нехотя и не сразу один из воинов отозвался:

— Всё то же.

— Многих тут не видать.

— Да как их увидишь, когда их нет?

— Куда ж делись?

— Как куда? Ушли.

— Далеко ль?

Воин опять, словно в раздумье, перемолчал, и опять Аяру пришлось допытываться:

— Далеко ль ушли?

— Далеко ли, близко ли… Куда ведут, туда идут.

— Нынче-то они где?

— Где, где… В походе.

— Не всех же повелитель увёл!

— Они не с повелителем. Они с обозом.

— С каким это?

— Ну…

Воин задумался: как бы ответить так, чтобы не сказать лишнего? Всем тут велено держать язык за зубами, да от этого Аяра не отмолчишься: насквозь видит — гонец! И воин нехотя ответил:

— С каким обозом? Сам, что ли, не знаешь?

— Давно?

— На той неделе.

— К повелителю везут?

— Да сказал же тебе: не в ту сторону.

— А… Так в другую?

— Про повелителя я сразу бы сказал. А про это, как не велено, так я и помалкиваю.

— Про это, значит, пока помалкивают?

— Сам видишь!

— Ещё бы! И с кем поехали?

— Сами по себе, вослед за войском.

— Войско-то с повелителем!

— Да они не за тем, они за нашим войском.

Вся караульня смолкла, прислушиваясь: ведь разговор затеялся про такое дело, о котором велено молчать. Не сболтнется ли чего лишнего?

Аяр отозвался так равнодушно, что все успокоились: этот не любопытен, этому можно говорить.

— Так… — тянул Аяр. — А я было думал — за Великим Повелителем! А они за своим. Ну, это другое дело. Это что! Об этом и говорить нечего. Это, значит, они… туда?

Аяр махнул рукой, сам не зная в какую сторону. Воин подтвердил:

— Ну да, на Ашпару на эту.

Воин было спохватился: может, и не следовало называть Ашпару Ашпарой? Но Аяр его успокоил:

— Про это кто не знает! Значит, пошли?

— Ну да!

Аяр, однако, не понял толком, что за войско пошло, почему на Ашпару в этакую пору, в самую зиму, зачем? Он уже приметил: вокруг все замерли, насторожились, хмурятся при каждом ответе воина. Аяр не решился расспрашивать дальше… Беспечно потягиваясь, он зевнул, бормоча сквозь зевоту:

— Про это кто не слыхал! Я думал, не случилось ли ещё чего!..

Он знал: теперь, когда разговорились, всё остальное ему расскажут без утайки; только торопить их не следует. Но тут раньше, чем предполагал Аяр, его вызвали во дворец, и пришлось наспех собираться.

Едва ли позвали бы Аяра во дворец столь поспешно, не окажись здесь в тот час Аргун-шаха.

Узнав о прибытии царского гонца, начальник города решил немедля сам его расспросить, чтоб явиться с новостями к Мухаммед-Султану и тем показать свою распорядительность в делах.

В прихожей толпились посетители, самаркандская знать и приезжие люди.