«Генуэзец, твой народ богат и предприимчив. Но знай, что Азийский мир богаче и сильнее. Как буря, проносятся по земле несметные азийские войска, и нет ни одного народа, который бы им противостоял. Шесть климатов я покорил: неужели кто может подумать, что последний, седьмой, мне не покорится? На очереди Великая Татария. Мои войска уже раз разбили войска хана кипчаков. Я милостиво тогда с ним обошёлся. Во время войны его эмиры сделали мне несколько письменных предложений. Это было вероломством с их стороны по отношению к своему владыке, моему неприятелю. Эти предложения привели меня в негодование, я сказал себе: они изменят и мне так же, как теперь изменяют своему повелителю, и вместо всякого ответа я их проклял. Я тогда не хотел зла Тохтамышу. Теперь он вновь преградил мне путь в северные страны. Если враг злоупотребит оказанной ему добротой и возобновляет вражду, он да погибнет. Тохтамыш погибнет. Останься при мне. Когда я приближусь к Крыму, я отпущу тебя с письмом к Генуе».

И Тимур жестом отпустил нас.

Обращение с нами улучшилось; мы получили отдельную кибитку. Мы зажили спокойно.

Каждое утро мы все спускались купаться в быстром Тереке, затем верхом объезжали лагери.

Последние известия разведчиков сообщали, что кипчакская армия под предводительством самого Тохтамыша быстро наступает. Тимур собрал совет из эмиров.

ВОЕННОЕ ИСКУССТВО АЗИЙЦЕВ

Я должен здесь остановиться и рассказать о замечательном военном искусстве Тимура.

Один из его эмиров, Ахмат-бей, жил рядом с нами. Он сблизился с нами. Он мне по вечерам часто повествовал об удивительной способности Тимура — хитро подготовленными и молниеносными ударами разбивать неприятеля наголову. Однажды он вынес из кибитки книгу; в ней на китайской бумаге было написано сочинение Тимура — «Воинский устав».

— Я вижу, ты интересуешься нашим военным делом. Хочешь, я тебе объясню, в чём состоит наше искусство побеждать? Я часто объясняю это молодёжи.

Я попросил его сделать это.

Эмир принёс из кибитки много белых и серых речных камешков и долго их раскладывал на траве перед нашими походными складными стульчиками.

— Готово! — наконец, сказал он. — В этом «уставе» три отдела: как вести бой для войска в 12 тысяч человек, в 40 тысяч коней и в 100 и более тысяч всадников,

Возьмём, к примеру, отдел с правилами для армии в 40 тысяч. Смотри: я её разделил на 14 «дивизий». Вот центр. Вот — правое, вот — левое крыло.

Что видим на правом крыле? «Фронт» и «арьергард». Фронт состоит из 3 «дивизий» и «арьергард» также состоит из 3 «дивизий»; из них одна называется «передовой». Вот она. Остальные — «первой» и «второй». Что видишь ты на левом крыле? Тот же строй? Что же представляет собой этот центр? Два отборных «отряда»; это авангард центра. Здесь в центре ставятся храбрейшие воины, лучшие копейщики, лучники, меченосцы. Центральный авангард первым должен атаковать врага, испуская при этом громкие крики: «Алла акбар!»

Смотри: этот авангард уже пошёл в атаку. Командующий всей армией в этот момент следит за ходом наступления врага, ищет его слабые стороны. Тут может быть такой опасный случай: центр вражеской армии обращается в притворное бегство; наш авангард бросается в коридор — видишь? — и натыкается на сильные тыловые резервы. — Эмир восстановил прежнее расположение камешков. — Если неприятель производит общее наступление, — что делать нужно? Нужно двинуть вперёд центральный авангард, а на помощь ему бросить «передовые» дивизии правого и левого крыла. Двинули. Оказалось мало: вступают — первая дивизия правого крыла и вторая дивизия левого крыла.