Каменные обломки тела надзирателя оседали, как гниль в воде. Их пыль была зеленой, с синеватым отливом, как мох в затопленных катакомбах. Бой кончился. Но я не чувствовал победы. Я чувствовал… пустоту.

Эссенция в теле таяла, как лед в жару. У меня осталось буквально три единицы. Продержись он еще чуть-чуть — и я был бы трупом.

Победа была за мной. Но я не мог почувствовать триумф. Не мог даже вздохнуть с облегчением. Было ощущение, будто я вывернулся наизнанку, сгорел дотла, но пепел не развеялся — он остался внутри, царапая легкие изнутри.

Я убил воплощение Закона. Я победил силу, перед которой склонялись сотни душ.

Но что это меняет?

Наставник мертв. Мой долг все еще не оплачен. Шахта все еще зовет. Я все еще внизу. Все еще в ловушке.

Я закрыл глаза. На миг я представил, что не открою их больше. Что просто останусь здесь. Камнем. Пылью. Очередной историей без имени.

Но внутри меня, очень глубоко, шевельнулся ветер. Слабый, но уверенный. Он шептал мне, что я победил. Что мы выберемся из этого дерьма.

Я встал. Каждое движение было болью. Но боль — значит, я еще жив.

Но больше всего меня поразили две вещи.

Первой было то, что мой максимум эссенции поднялся на единицу.

А вот вторая… едва заметно светилась на теле этого ублюдка…

Глава 7

Тело надсмотрщика медленно таяло туманным дымом, а на месте его груди светилось несколько предметов. Уже знакомый мне грязно-серый шар эссенции изнанки, от которой мне хотелось держаться подальше просто на уровне инстинктов, я обошел стороной, а вот два других предмета вызвали у меня куда больший интерес. Стоило мне сфокусировать свой взгляд как в голове взорвалась вспышка.

Активация мнемопакета. Уже знакомый голос раздался в моей голове:

— Какая удача, потомок. Мои поздравления с первой добычей. Вглядись в свои первые глифы!

Глиф парящий передо мной был похож на потрескавшуюся глиняную пластину.

В центре — выгравированный символ, простой, почти грубый: изогнутая линия, похожая на змею в прыжке, По краям — едва заметные вмятины, словно глиф был вырезан чьими-то когтями, а не инструментом мастера. Вся поверхность глифа была покрыта паутинкой трещин, как словно треснувшее стекло.

Меня тянуло к этому глифу, хотелось взять его в руки и впитать в себя тайное знание изображенное на это странной пластине.

— Прикоснись к глифу и сосредоточься. Сложно может быть лишь с первым глифом. Дальше твой организм пройдет адаптацию и поглощение будет практически автоматическим.

Кивнув, я коснулся пальцами неровной поверхности. Едва моя кожа соприкоснулась с глифом как по нему прошла легкая волна, а я ощутил будто кто-то резко ударил хлыстом. Удар был резкий, хлесткий, словно этот кто-то хотел сломать кости противнику. Тело инстинктивно дернулось назад, а в голове вновь раздался знакомый голос:

— То что ты видишь называется глиф. Сконцентрированная суть материи и энергии, которую можно призвать с помощью энергии твоей души или же эссенции. — От его зауми голова начала раскалываться, но кажется я понял, что голос пытался до меня донести.

Каждый глиф это какой-то прием драконорожденного, который можно поглотить и потом использовать с помощью эссенции. И если я прав, то как только восстановится эссенция, у меня появится оружие, которое всегда будет со мной. Не слушая голос я нетерпеливо сжал глиф и потянулся к его сути.

Ветер внутри меня стих, чтобы не мешать. Я чувствовал ток эссенции в моих жилах, чувствовал как она рвется к глифу. Хочет его поглотить и глиф начал отвечать. Это был не разговор. Это было нечто подобное обмену разумов.