— А то, что они будут вооружены до зубов? — спросил я, уже зная ответ.

— Страже плевать. Это священное право драконорожденных. Им важно лишь зафиксировать. А Гоу уже видел подобное. Это далеко не первый раз, когда я совершаю ночную прогулку, — ответила она, выделив интонацией ночную прогулку. — После одного из моих посещений лавку глупца пришлось отмывать от крови. Не все поняли моего доброго напутствия, и им пришлось увидеть злое. — Она едва заметно улыбнулась и перевела разговор на другую тему:

— Тебе нужно что-то? Оружие или доспехи? Оружейная дома в твоем распоряжении.

— Благодарю тебя, но у меня есть все необходимое. Единственное, если у вас есть дымовые шашки, то выдели мне парочку.

— Дыма не обещаю, но пару-тройку артефактов объемного взрыва точно найду. Умеешь пользоваться? — Я усмехнулся ее вопросу и кивнул. Еще вчера за то, что я просто прикоснусь к подобной вещи, меня ждала каторга, но после того как мое имя внесено в палату Памяти Предков, никто не запретит мне использовать оружие драконорожденных. — Тогда все выглядит просто: на повозке добираемся до Среднего города, там Фэн Лао ведет нас своими путями в Нижний, а потом скрытно пробираемся в эти мертвые каналы. Ну а дальше нас ждет беседа с этим лордом Ляном. — Судя по тому, как она говорила, старый правитель мертвых каналов не переживет этот разговор.

— Хороший план, — сказал Шифу, поднимаясь. — Слишком хороший. Звучит как план обреченных. Или героев.

— Или тех, кто отказывается умирать, пока все не закончено, — парировала Ксу. — Действуем, время не ждет.

Ксу была точна, и уже через полчаса мы собрались в родовом храме дома Изумрудного Кедра, расположенного на краю поместья. Он был спроектирован в виде пещеры в рукотворной скале, на которой произрастали несколько кедров. Внутри он выглядел намного величественнее, олицетворяя богатство и силу этого дома.

Его гладкие стены словно дышали тишиной. На каждой были изображены очень детализированные картины, изображающие моменты могущества дома, и везде обязательно был его символ — изумрудный кедр. Вдоль алтаря из нефрита и темного дерева тянулись алтарные таблички предков: тонкая и изящная резьба, имена вырезаны настоящим мастером. От каждой таблички веяло чувством долга, славы и невидимой, но ощутимой тяжести истории. Курильницы источали терпкий дым полыни и сандала, от которого даже духи, по поверью, не смели солгать.

Мы стояли молча. Я — в сторонке, Шифу — чуть позади. Пятеро бойцов встали полукругом, как тень на грани рассвета. А в центре — наследница дома, Цуй Ксу.

Она была облачена в удобный доспех, достойный генералов прошлой эпохи. Легкая, но очень прочная чешуя плотно облегала тело, ниспадая до середины бедра. Плечи защищали широкие латные наплечники, выгравированные в форме расправленных крыльев феникса. По краю каждой бронепластины — тонкая резьба, изображающая цветущие сливы. Пояс туго облегал талию, из-под него ниспадали полы кольчужной ткани, расшитые темно-зеленым шелком. Спину украшал короткий плотный плащ цвета предрассветных сумерек, аккуратно перекинутый через плечо. Все это идеально подчеркивало ее воинственный облик.

Но самым интересным было ее оружие. На спине был закреплен тугой составной лук — черное дерево и рог, сочетающие в себе дальнобойность и смертоносную точность. Колчан со стрелами, оперенными вороньими перьями, висел на левом бедре. Вот только это оружие не для новичков — чтобы натянуть подобный лук, нужно иметь не только силу, нужно понимать, как это делать.

Бойцы, которых она отобрала, молча стояли как статуи. Никого из молодняка, только закаленные ветераны. Двое были с тяжелыми арбалетами — такие пробьют любой доспех, если, конечно, над ним не поработал артефактор драконорожденных.