Крутануться и прикрыться трупом от арбалетной стрелы выпущенной третьим бойцом. Я погорячился назвав их некомпетентными идиотами. С реакцией все в порядке, но против меня этого мало. А после становление драконорожденным, слишком мало.

Резкий пинок и тело летит в своего бывшего напарника, а я уже мчусь следом за ним. Рывок в сторону, уход в нижнюю стойку и мой клинок пробил последнему печень. Все как учил наставник. Воткнуть, провернуть и быстро выдернуть. Оружие не должно застревать.

Быстрый удар кулаком в горло заглушил зарождающийся крик будущего мертвеца. А перерезанная трахея лишила его возможности сказать хоть слово.

В коридоре стало тихо. Только кровь тихонько выливалась из ран мертвецов. Ну что ж путь наверх был открыт.

Три щелчка по серьге. Пусть Мэй Лин знает, что я начинаю.

Ситуация выглядела максимально хреново. Путь наверх мне перекрывал десяток наемников. Да можно использовать усиление тела и перебить их, но в обычных людях не было эссенции, которую я мог поглотить. Да и пульсация в моих венах меня совсем не радовала. У меня есть множество претензий к Фушэ, но сейчас мне очень нужен новый мнемопакет с ритуалом очищения. У меня нет ни малейшего желания становиться искаженной тварью.

Старик всегда говорил, что если нет выхода, то значит ты должен его создать, но большие окна на этаже говорили мне, что выход есть. Если ты конечно самоубийца или тот кто прошел школу Цзянь Вэйя.

Я вышел в окно, не глядя вниз.

Не из какой-то бравады. Просто это не имело смысла. Если начать смотреть, прикидывать, взвешивать — ты уже проиграл. Человеческий разум боится высоты. Люди просто не предназначены для того, чтобы парить в небесах, но для меня небо было другом. Небесное крыло сотни раз спасало мою шкуру и помогало проникать в дома целей. Так что мне пора ему навстречу.

Я прижался ладонью к холодному камню, ощущая под пальцами шероховатости — когда-то здесь была гладкая кладка, но века дождей и ветров выщербили в ней трещины, узкие, но цепкие. Под тканевой маской мои губы растянулись в хищной улыбке. Идеально. Ветер вновь помог своему брату.

Когти на перчатках щелкнули, выпуская стальные крючья. Первый удар — металл вгрызается в камень с тихим скрежетом. Проверяю натяжение. Держит.

Ноги нашли опору — когти на подошвах, отлитые в форме орлиных когтей, впились в выемку. Тело напряглось, как тетива перед выстрелом. Рывок вверх.

Камень осыпается под левой рукой — сердце на мгновение замирает, но правая уже вонзается выше, глубже. Страховка. Тонкий трос, пристегнутый к поясу, дрожит где-то сзади: если сорвусь, он не даст рухнуть вниз. Но это значит шум, внимание, провал операции, зато буду жив и смогу найти новый шанс убить Фушэ

На такой высоте, ветер должен был быть врагом. Порывистый, беспокойный, он мог сорвать, вбить в стену, сдуть, как пыль. Но он… поддерживал. Он тянул меня вверх, мягко, как будто подталкивал под лопатки, не давал мне устать. Вихри скользили по телу, будто поглаживали меня, даруя мне уверенность в своих силах.

Я чувствовал, как спина нагревается от напряжения, как пальцы немеют от усилия. И всё равно продолжал. Каждый метр — как шаг на канате, натянутом над бездной.

Движение за движением, как паук, я полз вверх. Где-то сверху были уже слышны мерзкие литании от которых искажение в моих венах начинало пульсировать все сильнее. Ветер бьёт в лицо, срывая со лба каплю пота и очищая сознание. Спасибо тебе брат.

Осталось еще немного.

Я вскинул руку, зацепившись когтями за узкий металлический карниз, выгнулся и подтянулся. Сердце колотится где-то в горле, лицо в поту, но я уже вижу последний уступ. Остался последний рывок.

Словно тень я скользнул на небесную платформу на, которой уже творилось странное действо. Посреди платформы стояла статуя в чертах, которой я увидел ту девчонку в голубых доспехах, что увидел в своих ведениях.