Он дьявол за моим плечом.

Даже понимая все это, я не могу уйти.

― Ты выглядишь так, словно тебе надо выпить.

Его голос более низкий, чем обычно, и мне интересно, влияю ли я на него так же, как он на меня. Отпустив его руку, изучаю его сильный профиль, пока он заказывает нам напитки. Я даже не ощущаю, насколько поглощена этим занятием, пока он не ставит стакан перед моим лицом с понимающей ухмылкой на полных губах.

― Вот дерьмо, спасибо.

Я выпиваю жидкость янтарного цвета, задыхаясь, пока она обжигает меня внутри.

― Вообще-то, это было для меня. ― Я быстро моргаю, пытаясь сосредоточиться и понять смысл его слов, после того как жидкость обожгла мое горло. Он держит бутылку пива. ― Вот это было для тебя.

Мои щеки горят, и я начинаю смеяться, качая головой, и беру бутылку.

― Упс. Прости. Я куплю тебе еще один.

Вместо того, чтобы начать спорить, он изумленно наблюдает, как я пытаюсь привлечь внимание бармена. Предприняв несколько попыток, я наконец сдаюсь и поворачиваюсь к нему. С впечатляющим мастерством он, используя свой командный голос, просит парня повторить. Хотела бы и я в таких случаях иметь такой голос. Это не только чертовски сексуально, но еще и не может быть проигнорировано. По крайней мере, не тогда, когда такой голос использует профессор Скотт. И снова я переношусь в гостиничный номер, где он так легко командует моим телом и разумом.

После того как ему подают новую порцию охлажденного бренди, он смотрит на меня через стакан, словно пробуя на вкус.

― Итак, ты часто здесь бываешь? ― спрашивает он с намеком на веселость.

― Каждую субботу.

Его брови вопросительно поднимаются.

― Не работаешь по субботам?

Он пытается подколоть меня, но я не отвечаю на это.

― Не-а. Субботы ― мои выходные.

 Я подчеркиваю "выходные", надеясь на какую-то реакцию, но ничего. Суббота ― это единственный день, который я по понятным причинам просила в качестве выходного, когда начала работать в клубе. Это настоящее начало дней отдыха, день, когда я позволяю себе расслабиться, забыть о работе, учебе и погрузиться в удовольствия, и я использую этот день на полную.

Он хмыкает и задумчиво кивает.

― Ты здесь с друзьями?

Я смотрю ему за голову, поднимаю подбородок, указывая на Энни и улыбающуюся и смеющуюся толпу вокруг нее, и все без меня.

― Похоже, вся банда в сборе.

Профессор Скотт смотрит через плечо, но они не вызывают у него интереса. Когда его взгляд снова встречается с моим, голод в его глазах стал бы очевиден для любого, и от этого предвкушения мой живот сжимается в клубок.

― Я никогда не был в этом заведении. Останься и выпей со мной.

Низкий тембр его голоса зачаровывает меня, но каким бы не было заманчивым предложение, я дала себе обещание, и мне надо его придерживаться.

― Прости, нет. Вероятно, это не самая лучшая идея, не согласен? Я должна возвращаться.

Забрав свое пиво, я отхожу от бара.

Схватив меня за руку, он удерживает меня на месте. Я жду, что он скажет что-то ― что угодно ― пока до меня не доходит, что вместо того, чтобы ждать, что он скажет, мне нужно сосредоточиться на том, чего он не говорит.

Все там ― в знакомых, дразнящих блеском глазах цвета оникса. Похоть. Интрига. Обещание. Это не только между нами. Отнюдь нет.

Я потеряла счет выпитому после седьмой бутылки. Раз уж семь ― это мое счастливое число, я не могу ошибаться. Выйти на сцену сегодня ночью кажется хорошей идеей с моей точки зрения, которая находится на уровне моего стула.

― Если ты не перестанешь так крутить задницей, ― упрекает Броуди, ― то сломаешь лодыжку.

Я смотрю на свои синие замшевые сапоги на каблуках и качаю головой. В ответ на это она начинает кружиться, что заставляет паниковать все мои органы чувств.