— Задайте девушке вопрос, Оливер. У нас нет времени на ваши хобби, — скучным голосом сказал мэр Моррелл — с таким видом, будто все происходящее мешало ему заниматься куда более важными делами. Он изучал свой маникюр и полировал ногти о лацканы пиджака. — Давайте наконец двинем этот поезд вперед.

Амелия не говорила и не делала ничего. Совсем ничего.

— Я под защитой, — сказала Ева, однако без особой уверенности в голосе. — Вы не можете причинить мне вред.

Клер посмотрела на Амелию: та сидела с вежливым, но холодным выражением лица и следила за происходящим с таким видом, будто это шоу, которое разыгрывается исключительно ради нее. «Пожалуйста, помогите!» — мысленно воззвала к ней Клер.

Амелия слегка вскинула бледно-золотистые брови.

«Может, она меня слышит?»

Увы, если Амелия ее и слышала, то никак не проявила этого. Просто сидела, застыв в своем спокойствии, словно Будда.

— Замечу — в этом вопросе у нас с Амелией полное взаимопонимание, — заявил Оливер. — И, Ева, дорогая, суть этого взаимопонимания вот в чем: я могу использовать любые методы, преследуя людей, нарушающих мир. Независимо от того, кто предоставляет им защиту. Думаю, настало время поговорить о ворвавшихся в ваш дом незваных гостях.

— О ком? — Ева извивалась, стараясь не встречаться с ним взглядом, что было почти невозможно, учитывая, как близко он находился. — Я не знаю, кто это был.

— Конечно не знаешь, кто бы сомневался?

Его голос упал до низкого, смертоносного шепота. Клер ломала голову над тем, как помочь Еве. Потому что сама Ева явно даже не пыталась себе помочь, а Клер не могла просто стоять и смотреть, как ее терзают.

— Я знаю, — сказала она и почувствовала, как общее внимание мгновенно переместилось на нее. Жуть! Она нервно откашлялась. — Это были байкеры.

— Байкеры. — Оливер отпустил волосы Евы и посмотрел на Клер. — Понимаю. Ты пытаешься отвлечь меня, сообщая о том, что и без того очевидно. Клер, это скверная тактика. Очень скверная. Видишь ли, нам это известно. Нам известно, когда они приехали в город. Нам даже известно, кто их вызвал.

Вся кровь отхлынула от лица Клер, внутренности свело. Оливер отошел от Евы и потянул за другой шнур.

Вторая занавеска рядом с телом Брендона отодвинулась в сторону.

Там на коленях, связанные, с кляпами во рту, стояли два человека. Их караулили вампиры самого зверского вида, не давая и пальцем пошевельнуть. Одним из пленников был байкер.

Вторым Шейн.

Клер пронзительно вскрикнула.

8

В итоге ее усадили в кресло, и Гретхен не давала ей встать, надавливая на плечи сильными руками, твердыми, словно железо. Клер продолжала вырываться, но в конце концов страх и шок перевесили возмущение. Шейн не шевелился, просто смотрел на нее, не в силах говорить из-за кляпа во рту. Да и попытайся он вырваться, толку, конечно, не было бы.

Ева развернулась и влепила Оливеру пощечину. С размаху, со всей силой; удар прозвучал как выстрел, раскатившийся эхом по мраморному залу. Все затаили дыхание.

— Сукин сын! — закричала она. — Отпусти Шейна! Он тут вообще ни при чем!

— Действительно. — В отличие от любого человеческого, на лице Оливера не осталось отпечатка пальцев от удара; казалось, он вообще его не почувствовал. — Сядь, Ева, и я изложу факты, против которых ни у кого не найдется возражений.

Она не послушалась, но Оливер с силой толкнул ее в грудь, и она рухнула в кресло, разъяренно глядя на него.

— Детектив Хесс, — продолжал Оливер, — полагаю, вам следует объяснить моей дорогой бывшей служащей, чем она рискует, если еще хоть раз прикоснется ко мне.