— Вампиры?

— Вампиры.

— Фактически они не люди, но, если задуматься, я тоже не человек. Ладно, неважно. — Обхватив Клер рукой, Майкл отвел ее в гостиную, усадил, накинул на плечи одеяло. — Надо думать, ничего хорошего.

— Ничего. — По пути домой она впала в депрессию, но рассказывать о своей неудаче... это был совсем новый уровень боли. — Они его не отпустят.

Майкл не сказал ничего, но свет в его глазах погас. Опустившись на одно колено, он завернул Клер в одеяло.

— С тобой правда все в порядке? Ты дрожишь.

— Они холодные, знаешь ли. И меня заморозили.

Он медленно кивнул.

— Ты сделала все, что смогла. Отдохни.

— А что с Евой? Она здесь?

Он посмотрел на потолок, как будто мог видеть сквозь него. А может, и правда мог. На самом деле Клер не знала, что Майкл может, а что нет; в конце концов, он уже два раза умирал. Не стоило недооценивать его возможности.

— Спит. Я... поговорил с ней. Она поняла. И не станет делать никаких глупостей.

На Клер он не смотрел. Интересно, о чем он говорил с Евой? Какими словами убедил ее?

Мать Клер не раз повторяла: «Если сомневаешься, спроси».

— Ты сумел предложить ей что-то, ради чего стоит жить? Ну, к примеру, себя?

— Я... Какого черта? О чем ты?

— Я просто подумала, может, вы с ней...

— Господи, Клер! — воскликнул Майкл.

Она на самом деле заставила его вздрогнуть.

Здорово! Это что-то новенькое.

— По-твоему, трахаться со мной — это и есть то счастье, что способно лишить ее желания убивать вампиров? Не знаю, какими мерками ты меряешь секс, но, на мой взгляд, это чересчур. Кроме того, что бы ни происходило между мной и Евой... ну, это останется между мной и Евой.

«Если она сама не расскажет мне об этом», — подумала Клер.

— Как бы то ни было, я ничего такого не имел в виду. Я просто... убедил ее, вот и все.

Убедил. Здорово. В каком настроении была Ева, когда Клер уходила? Что-то с трудом верится...

И потом Клер вспомнила голоса в проулке и как она нелепо поверила, будто ее ждет безопасность там, где на самом деле ждала гибель. Способен ли Майкл на такое? Стал бы он это делать?

— Ты не...

Она коснулась пальцем виска.

— Что?

— Ты не прополоскал ей мозги? Ну, как они могут?

Не отвечая, он снова поправил на ней одеяло, принес подушку.

— Ложись, отдохни. До рассвета всего часа два, а мне еще понадобится твоя помощь.

— Господи, Майкл, ты же не делал этого. Не делал! Она никогда не простит тебе!

— Если доживет до того, чтобы возненавидеть меня. Отдыхай. Я серьезно.

Но Клер не собиралась спать; ее сознание кружилось, словно обод колеса, царапающий мостовую и разбрасывающий во всех направлениях искры. Столько энергии было растрачено впустую. «Нужно придумать что-нибудь. Нужно...»

Майкл заиграл что-то нежное, меланхоличное, в минорном ключе, она почувствовала, что уплывает... и потом, буквально сразу, отключилась.

Одеяло пахло Шейном. Клер поглубже зарылась в теплые складки, бормоча его имя. Так хорошо она чувствовала себя в его объятиях той ночью, которую они провели здесь, на этой самой кушетке, целуясь... В полной безопасности.

События вчерашнего дня обрушились на нее, туман воспоминаний мгновенно рассеялся, унеся ощущение спокойствия. Дрожащая и испуганная, Клер села, завернулась в одеяло и огляделась. Гитара Майкла снова была в футляре, солнце уже поднялось над горизонтом. Значит, он опять ушел, и они с Евой предоставлены самим себе.

— Ладно, пора за дело, — прошептала она.

Необходимо выработать жизнеспособную стратегию того, как вытащить Шейна из клетки. Для начала нужно кое-что выяснить.