|
Разъезжай себе по миру на казенный счет и разыскивай преступников. Государство даст на хлебушек с маслом, а там и пенсия неплохая светит. А шпионы? Те вообще всю жизнь двойную зарплату получают. И «официальную», на «белой» работе, и у себя в засекреченных службах. Ту вашу девицу…Ну как ее, ну да, Энн Чапман, во всех наших глянцевых журналах печатали. А у вас на ТВ, я читал, она теперь мордашкой торгует. Представляю, какие у нее гонорары! Эх, упустили мы с тобой, Лина, непыльную работенку. Ну, теперь уже поздно клопов жалеть, когда дом сгорел… Остается покупать ваучеры в дешевые отели и две недели в году играть в богатых бездельников.
В общем, дорогая Лина, на «разведку» ты не тянешь. Да и что на пляже «разведывать»? Какого цвета плавки у туристов? Кто перебрал вчера в баре? Кто из дам загорает топлес? (Должен заметить, почти все, кроме тебя!). В общем, короче, тут такое дело… Мы с Джулией поспорили на стаканчик виски: ты училка — или кто? Я так думаю, что училка. Во-первых, слишком серьезно все воспринимаешь, вон из-за какой-то глупой «татушки» взвилась. А, во-вторых, по-английски и по-немецки свободно болтаешь и зарядку по утрам на пляже делаешь. Ну, и не куришь, и не пьешь. Впрочем, не пьешь — почти… — Ладно, допустим, угадал. Училка. Только не иностранных языков, а музыки. А еще — известная писательница, — неожиданно для себя соврала Лина и, не удержавшись, глуповато хихикнула. — Ха-ха-ха! — развеселился Пол. — Опять свистишь! Известная писательница в нашем отельчике тем более жить не стала бы. Папарацци засмеют! — Хорошо, допустим, малоизвестная. Зато свободная — от денег и от папарацци. А ты чем занимаешься? — перешла Лина в наступление. Пол запнулся, но, помедлив, пробурчал: — Ну я же уже сказал…это…безработный я. Раньше на «Формуле 1» вкалывал, а потом, как кризис начался, меня первого оттуда и выперли. — Ага, теперь ты сам свистишь! — расхохоталась Лина. — Так я тебе и поверила…. Ты бы тоже не жил в этом задрипанном отельчике, ежели бы в боксах Формулы вкалывал… — Нет, честно, — обиделся Пол. — Думаешь, там только миллионеры-камикадзе работают? Ни фига подобного, вокруг них полным-полно обычных ребят. Я вот был простым механиком. А теперь бездельничаю и занимаюсь целый день домом и садом. Ну, и машиной, конечно. В нашей деревне без нее никуда. Мне сейчас выгоднее получать пособие по безработице, чем вкалывать где-нибудь за копейки. Зарплата у меня на «формуле» была что надо, потому и пособие больше иного оклада. Зато Джулия, бедняжка, пашет шесть дней в неделю. С одним выходным, представляешь? Она у меня менеджер в сети магазинчиков «Канцтовары», целыми днями этими тремя «точками» «рулит». С утра до вечера за компьютером. Устает страшно. Вот и отсыпается на пляже. Птичка моя…крупненькая. Лина бросила взгляд в сторону шезлонга, надеясь разглядеть, как гигантская «птичка» дрыхнет под палящим солнцем, разметав по сторонам обнаженные груди размером и формой похожие на страусовые яйца. — Да не старайся ты так, все равно ни фига на пляже не увидишь, — усмехнулся Пол. — Я еще вчера просек: ты ведь даже плаваешь в темных очках, а вечером другие, с обычными стеклами надеваешь. «Ого, какой приметливый», — удивилась Лина и спросила: — Ну-с, господин Шерлок Холмс, а что еще ты заметил? — А то, что ты уже до завтрака на набережной или на пляже появляешься. Самая первая. Я-то привык дома в шесть вставать, дел в саду полно, вот и здесь не спится. Выползаю к семи на балкон, смотрю, а ты уже по пляжу бегаешь, руками-ногами машешь, зарядку делаешь. |
