— Фактически, ты снова ею стала. Ты так давно обходишься без мужиков, что у тебя вполне все там заросло, — Ронда подняла тост в издевательской манере:

— 3 а Аманду Чарльз и ее новообретенную девственность.

Аманда рассмеялась. Она вспомнила, что в последний раз это было с ней действительно очень давно.

— Знаешь, Ронда, — сказала она. — Ты не переживай так за меня, ладно. Просто я действительно фригидная женщина. Наверное, вся страсть в семье Чарльзов передалась только Тедди.

— О, не внушай себе этого, дорогая, — неожиданно вступила в разговор Джун.

— Я тоже думаю, что это не правда, крошка Джун, — изумилась Ронда, — но каковы твои аргументы?

— То, как она танцует, никто не мог бы так танцевать, если бы был лишен страсти.

— Ты слишком высоко оцениваешь мою хореографию, — Аманда распрямилась и вновь подозвала официанта. Как ни странно, весь этот абсурдный разговор помог ей почувствовать себя гораздо лучше. — Я танцую ничуть не лучше, чем любой из нашей труппы.

— Брось прибедняться, — не унималась Джун. — Ты все схватываешь на лету, а какие у тебя движения, ты все время сама придумываешь что-то новое, да что говорить, если даже Чарли прислушивается к твоему мнению.

— Да, Чарли по-особому относится к Аманде, — согласилась Ронда.

Аманда холодно проигнорировала недвусмысленный намек Ронды и обернулась к Джун:

— Мне очень приятно слышать все, что ты мне сказала, но я не могу с этим полностью согласиться. Но даже если это и так, причем здесь страсть? Это всего лишь обыкновенное мастерство.

— Она непробиваема! — взорвалась Ронда, и Джун подтвердила ее слова энергичным кивком головы. — Всякий, кто хоть раз увидит твой танец, Мэнди, не может иметь на этот счет сразу двух мнений. Думаю, несчастье с Тедди усилило твою природную сдержанность и у тебя появилась привычка избегать мужчин. Хотя ты и не избегаешь мужского общества, почти со всеми ты на дружеской ноге, но все же стараешься держать дистанцию. Зачем ты внушила себе, что в твоих жилах течет холодная кровь? Ведь на самом деле тебя просто распирает от страсти. Тебе просто не повезло, что ты до сих пор не встретила такого парня, который мог бы растормошить тебя. Ты можешь отрицать все что угодно, но факт есть факт: когда ты танцуешь, ты выплескиваешь всю свою страсть наружу. И вся та сексуальность, которую ты так старательно подавляешь, предстает воочию. Почему, как ты думаешь, все парни в труппе просто мечтают быть твоими партнерами? Конечно, ты одна из лучших танцовщиц труппы, но это только одна из причин. А почему, ты думаешь, они косяками валят смотреть, как ты выступаешь? — Ронда надвинулась на Аманду. — Они тебя нутром чуют. Но понимаешь, Аманда, ты не сможешь всегда сублимировать это в танце. Что тебе действительно нужно, так это крепкий настоящий мужик, который перевернет всю твою жизнь, и я, кажется, знаю одного такого.

— Да неужели? Кто же он такой?

— Твой новый постоялец. Наш бравый лейтенант.

Аманда вздрогнула как от удара током:

— Ты шутишь!

— Нет, детка, я серьезна, как никогда. Бьюсь об заклад, наш лейтенант мог бы так угодить тебе в постели, как никто другой, — глаза Ронды приобрели мечтательное выражение. — Ах, он такой мужчина! И не спорь со мной, он может заставить любую женщину просто вопить от восторга.

Аманда пренебрежительно вздернула носик:

— Вот и бери его себе.

— Не думай, что мне бы не хотелось, милая Мэнди… И если бы не Чад. Но дело не только в Чаде. Если бы сам Маклофлин проявил ко мне хоть капельку интереса… Чад уже начинает мне надоедать.